III. НАУКА И КУЛЬТУРА 4 страница

57 Understanding Negro History/Ed. by D. W. Hoover. Chicago, 19G8; Дементьев И. П. Основные направления и школы в американской историографии послевоенного времени.— Вопр. истории, 1976, № 11, с. 81—82.

58 Zinn H. SNCC: the New Abolitionists. Boston, 1965, p. 1—15; Lomax L. The Negro Revolt. N. Y., 1963; Allen R. Black Awakening in Capitalist America. An Analytic History. Garden City, 1970; Twentieth Century America: Recent Interpretations/bo, by B. Bernstein, A. Matusow. N. Y., 1969.

59 Согрин В. В. Американская «радикальная» историография рабочего и социалистического движения в США.— В кн.: Американский ежегодник, 1982. М., 1982.

60 Montgomery D. To Study the People: the American Working Class.— Labor History, 1980, vol. 21, N 4.

61 Представление, будто «США являются страной, отличающейся ненасильственны-ми действиями и особым умением добиваться социальных изменений посредством мирных парламентарных реформ», Г. Зинн называет «фундаментальным недора­зумением». См.: Zinn H. Violence and Social Change in American History.-- In: Violence in America: a Historical and Contemporary Reader/Ed, by Th. Rose. N. Y., 1970, p. 70—80.


серьезное внимание уделяли массовым движениям, спонтанным прояв­лениям протеста.

В. Э. Вильяме, Г. Алпровиц, Д. Горовиц, Г. Колко подвергли пере­смотру устоявшиеся догмы и мифы буржуазной историографии о проис­хождении «холодной войны» 62. Как показано в их исследованиях, по­следняя была вызвана не «агрессивностью Москвы» и не «принципиаль­ной невозможностью» мирного сосуществования, а явилась прямым порождением экспансионистской внешнеполитической стратегии правя­щих кругов США63. Убедительное опровержение тезисов официальной историографии содержалось в обстоятельном двухтомном исследовании профессора университета Вандербилта Д. Флеминга, показавшего, что реальная угроза миру исходила именно от Соединенных Штатов64.

Эта линия в оценке происхождения «холодной войны» была продол­жена в начале 70-х годов в насыщенных фактами, аргументированных работах Л. Гарднера, Э. Теохариса, С. Амброза 65. Она оказала опреде­ленное влияние и на историков, придерживавшихся весьма умеренных взглядов66. Ответная реакция со стороны консерваторов не заставила себя ждать. Уже в 70-х годах появляются первые попытки опроверже­ния системы взглядов радикальной историографии. В 1971 г. выходят в свет книга Р. Такера, а в 1973 г.— Р. Мэддокса, содержавшие критику радикалов и повторявшие затасканные тезисы о «советской угрозе» и якобы «оборонительной» политике США. Радикалов бездоказательно обвиняли в «фальсификации источников» 67.

Радикальные историки разоблачали легенды о внешнеполитическом альтруизме США, их «оборонительных» целях в прошлом и настоящем. Ими была показана подоплека позорной войны американского империа­лизма во Вьетнаме: не пресловутая «коммунистическая угроза», а стрем­ление обеспечить США господствующие экономические позиции и пода­вить национально-освободительное движение в Юго-Восточной Азии, Этот тезис был убедительно раскрыт в книгах В. Э. Вильямса, Г. Колко,

62 Williams W. A. The Tragedy of American Diplomacy. N. Y., 1959; Idem. Contours of American History. Chicago, 1966; Alperowitz G. Atomic Diplomacy: Hiroshima and Potsdam. N. Y., 1966; Kolko G. The Roots of American Foreign Policy. Boston, 1969.

63 Развязывая «холодную войну», писал В. Э. Вильямc, «американские лидеры не руководствовались страхом перед русской экспансией... Об этом говорят их офи­циальные заявления, отрицающие возможность нападения со стороны России»
(Williams W. A. The Tragedy of American Diplomacy, p. 179—180). Развивая эту мысль, Горовиц писал: «Вся ортодоксальная концепция, изображающая амери­канскую политику в отношении Советского Союза в качестве оборонительной, терпит крах, если внимательно изучить основные события» (Horowitz D. The Free World Colossus: A Critique of American Foreign Policy in the Cold War. N. Y., 1965, p. 258).

64 Fleming D. F. The Cold War and Its Origins, 1917-1960: Vol. 1, 2. Garden City (N. Y.), 1961.

65 «Ответственность за развязывание холодной войны падает в основном на США»,—
подчеркивал Л. Гарднер, ученик В. Э. Вильямса (цит. по: Interpretations of Ame­
rican History. Patterns and Perspectives since 1865: Vol. 1, 2/Ed. by G. N. Grob,.
G. A. Billias. N. Y., 1978, vol. 2, p. 39); см. также: Theoharis A. The Yalta Myth:
an Issue in US Politics, 1945—1955. N. Y., 1970; Gardner L. C. Architects of Illusi­
on. Men and Ideas in American Foreign Policy. Chicago, 1970; Ambrose S. The Rise
to Globalism: American Foreign Policy since 1938. L., 1978.

66 Containment and the Cold War. American Foreign Policy since 1945/Ed. by T. Pater-son. Reading (Mass.), 1973; Rose L. Dubious Victory: The US and the End of World War II. Kent, 1973; Reflections on the Cold War/Ed, by L. Miller. Philadelphia, 1974..

67 Maddox R. The New Left and the Origins of the Cold War. Princeton, 1973, p. 10-11.



ИСТОРИОГРАФИЯ


ИСТОРИОГРАФИЯ



 


Р. Барнета и др. Война во Вьетнаме, отмечалось в сборнике работ ра­дикалов, «отражала намерение США предотвратить социальные измене­ния и утвердить свою гегемонию всюду, где это было возможно» 68.

По словам видного историка-марксиста Г. Аптекера, историки-радика­лы опровергли многие доселе «незыблемые» доктрины американской не­марксистской историографии. Давая общую оценку их исследованиям, он писал: «В лучших работах этого направления отвергаются элитарные концепции классической американской историографии и настойчиво про­водится мысль, что так называемые молчаливые народные массы, рабо­чие и другие производители материальных благ, эксплуатируемые и угнетенные... являются-таки людьми, которых историк должен изучать в первую очередь» 69.

Следует вместе с тем обратить внимание на эклектичный характер методологии радикальной историографии. На многих работах лежит печать модернизации прошлого, субъективизма в оценке отдельных собы­тий (например, осуждение демократических движений за недостаточную революционность), недооценки реформ, направленных на улучшение по­ложения трудящихся масс, непонимания исторической роли рабочего класса.

В трактовке внешней политики у историков данного направления преобладает экономический детерминизм, что выражается в стремлении сводить все сколько-нибудь значительные события к внешнеэкономиче­ской экспансии. Историки-радикалы склонны также переоценивать свое значение, приписывая себе приоритет в постановке ряда проблем, кото­рые на самом деле были поставлены марксистами еще в 30—40-х го­дах 70. Тем не менее достаточно четко проявившийся в их работах кри­тический подход получил большой общественно-политический резонанс.

Радикальные историки стремились утвердиться и на организационном уровне, создав ряд объединений и групп. Начиная с 1968 г. они приняли активное участие в деятельности Американской исторической ассоциа­ции, бросив вызов ее консервативному руководству71. В 1970 г. на 85-м годичном собрании Ассоциации по инициативе радикалов были при­няты резолюции об отзыве американских войск из Вьетнама, об академи­ческой свободе, в защиту историков, ставших жертвами гонений на ина­комыслие в США.

Симптомом перемен явилась и критика правительственной политики со стороны либералов, многие из которых осудили агрессию во Вьетнаме. С протестом против грязной войны выступил в 1967 г. А. М. Шлезин­гер-младший, отвергший официальные доводы в ее защиту. Война во

68 Beyond Liberalism, p. 312.

69 Aptheker H. Cold War and the New Historians.—Political Affairs, 1971, Aug., p. 92.

70 Дементьев Л. П. Историография США, 1945—1975.— В кн.: Историография новой
и новейшей истории стран Европы п Америки/Под ред. И. С. Галкина. М., 1977.
с. 463—490.

71 Романов И. 3. Новые веяния в Американской исторической ассоциации.— Вопр.
истории, 1970, № 9; Кантор Р. Е. «Новые левые» в Американской исторической
ассоциации.— Там же, 1971, № 9; Он же. «Уолл-стрит джорнэл» об американских
историках-радикалах.—Там же, 1972, № 6; Он же. 86-е и 87-е годичные собра­
ния Американской исторической ассоциации (1971 и 1972 гг.).—Там же, 1973,
№ 11; Гаджиев К. С. Некоторые проблемы современной американской «новой ле­
вой» историографии.— В кн.: Вопросы методологии и истории исторической науки.
М., 1977.


Вьетнаме, заявил он, нанесла серьезный ущерб престижу США, привела к их изоляции даже от самых близких союзников 72.

Разочарование в «общих схемах» наподобие теории «единого индуст­риального общества», на поверку не соответствовавшей действитель­ности, привело в 70-х годах к падению их влияния. Одновременно про­является повышенное внимание к методам исторического исследования. Фактически оно стало вытеснять интерес к методологии, к историческо­му объяснению. Углубляющийся разрыв между накоплением фактов и их интерпретацией было предложено преодолеть путем еще более тесного сближения со смежными науками и использования их «новейших» мето­дов и приемов исследования 73.

Обращение к методам социальных, а также естественных наук имело место в американской буржуазной историографии и прежде. Отличие оформившегося в 60—70-х годах междисциплинарного подхода состояло не только в использовании новейших методов и приемов социологии, этнографии, демографии, антропологии, психологии, математической ста­тистики, лингвистики74, но и в стремлении к интеграции буржуазной исторической науки с теми науками, методы которых используются. На этой почве сформировалась так называемая «новая научная история», базирующаяся на количественных методах исследования и обработке собранных данных с помощью ЭВМ 75.

Согласно принятой в США классификации, «новая научная история» подразделяется на «новую социальную», «новую экономическую», «новую политическую» и «новую урбанистскую» историю. К ним примыкают демографические исследования, работы по истории семьи и так называе­мых «малых групп». В рамках «социальной» истории 76 с помощью коли­чественных методов анализируются различные частные аспекты социаль­ной жизни, некоторые этнические проблемы (история черных, американ­цев мексиканского происхождения и др.), демографическая структура общества, процессы урбанизации, история борьбы за равноправие жен­щин, система образования и т. д. Но они рассматриваются вне общего контекста классовой структуры американского общества и классовой борьбы77. В лексиконе исторических сочинений все реже стали встре-

72 Schlesinger A. M., Jr. The Bitter Heritage: Vietnam and American Democracy. L.,

1967.

73 Болховитинов Н. Н. Современная американская историография: новые течения
и проблемы; Гаджиев К. С, Сивачев Н. В. О междисциплинарном подходе в совре­
менной буржуазной историографии США.— Новая и новейшая история, 1977, № 6,
с. 64—82.

74 Colish M. The Mirror of Language. N. Y.. 1968; Lewis I. M. History and Social Anthro­
pology. N. Y., 1968; Psychoanalysis and 'History/Ed. by B. Mazlish. N. Y.. 1963.

75 Benson L. Toward the Scientific Study of History: Selected Essays. Philadelphia,
1972; The New History. Trends in Historical Research and Writing since World
War II/Ed. by W. Laqueur, G. I. Mosse. N. Y., 1967; Landes D. S. e. a. History as
Social Science. Englewood Cliffs (N. J.), 1971.

76 Interpretations of American History, vol. 2, p. 20—21; Clubb J. M. The «New» Histo­ry as Applied Social Science: A Review Essay.—Computers and the Humanities, 1975, vol. 9, N 2.

77 Например, профессор Йельского университета Д. Аптер, сконструировав искус­
ственные модели «радикализации и обуржуазивания», приходит к реакционному
выводу о том, что революционный потенциал американского общества образуют
«буржуазные радикалы», рабочие же представляют собой «функционально избы­
точный» слой населения, «склонный к консерватизму и разрушениям» (Journal
of Interdisciplinary History, 1971, Winter, vol. 1, N 2, p. 272).



ИСТОРИОГРАФИЯ


ИСТОРИОГРАФИЯ



 


чаться понятия «революция», «мятеж», «протест». Внимание фиксирует­ся на иных категориях— «стабилизация», «приспособление», «адапта­ция» 78.

В рамках «новой социальной истории» сформировалось направление «новой рабочей истории» 79. Ее ведущими представителями являются историки-радикалы Г. Гатмэн, С. Тернсторм, Д. Монтгомери, М. Дубов-ский и др.80 Выступая против институционального подхода висконсин-ской школы, они проявляют интерес к истории «забытого простого чело­века» — рядовых рабочих, рядовых членов профсоюзов, но формирование их бытия и сознания рассматривается вне рамок классовой структуры общества. На первый план выдвигается влияние семьи, этнической груп­пы, религиозной общины, школы и т. д.

Уже одно только выдвижение новых проблем само по себе имеет по­ложительное значение. Оно потребовало обращения к массовым типам источников — переписям, налоговой документации и т. п. Эти источники обрабатываются с помощью математических методов, ЭВМ 81. Представи­тели «новой рабочей истории» смогли собрать и в определенной степени систематизировать данные, характеризующие (по конкретным географи­ческим регионам и в определенных хронологических рамках) некоторые аспекты социальных структур, социально-психологические процессы в рабочей среде, социальную мобильность.

При этом отчетливо выступает ведущая направленность многих по­добных исследований, в которых обходится вопрос об определяющей роли производственных отношений, а проблемы классовой борьбы отодвига­ются на второй план. По словам профессора П. Старнса, главного редак­тора «Журнала социальной истории», «новая рабочая история» свою за­дачу видит в том, чтобы «изучать рабочих в ситуациях, не связанных с протестом, и независимо от рабочего движения, а иногда и в оппозиции к нему» 82. Очевидно, что подобная ориентация резко ограничивает воз­можность объективного исследования рабочего движения, во многом обесценивает значение полученных выводов.

Формальная, нарочито объективистская методика используется и в «новой политической истории», в фокусе которой анализ данных об из­бирательных кампаниях как по отдельным штатам и округам, так и в мас­штабе всей страны. Конечно, эти данные проливают дополнительный свет на функционирование партийно-политического механизма83. Все

78 The Past before Us. Contemporary Historical Writing in the United States/ Ed. By M. Kammen. Ithaca, 1980, p. 93, 110.

79 Krueger Th. American Labor Historiography. Old and New: A Review Essay.— Journal of Social History, 1971, vol. 12, N 2; Hobsbawm E. J. Labor History and Ideology.—Ibid., 1974, vol. 7, N 3; Montgomery D. To Study the People: the Ameri­can Working Class.— Labor History, 1980, vol. 21, N 4.

80 Gutman H. Work, Culture and Society in Industrializing America. N. Y., 1976; Mont­gomery D. Workers' Control in America. Studies in the History of Work, Technology and Labor Struggles. L., elc. 1979. См. также: Political Affairs, 1986. Jan., p. 40.

81 Ковальченко И. Д., Сивачев Н. В. Структурализм и структурно-количественные методы в современной исторической науке.— История СССР. 1976, № 5.

82 Stearns Р. N. Toward a Wider Vision: Trends in Social History.— In: The Past be­
fore Us, p. 214. 217-218.

83 Bogue A. G. The New Political History in the 1970's.—In: Ibid., p. 231—251;
McRee D., Jr. Issues and Parties in Legislative Voting: Methods of Statistical Ana­
lysis. N. Y., 1970; American Political Behavior: Historical Essays and Readings/Ed.
by L. Benson e. a. N. Y., 1973; «Новая политическая история» в США: анализ кон­
цепций и методов: Реферативный сб./Отв. ред. Н. Н. Болховитинов. М., 1985.


дело, однако, в том, что представители указанного направления сосредо­точивают свое внимание на «политическом поведении» законодателей и масс населения и трактуют его в духе буржуазной бихейвиористской со­циологии. Ограничиваясь чисто внешним описанием, они не раскры­вают классовой принадлежности избирателей или парламентских предста­вителей, уходят от анализа причин, определяющих их политическую линию, не дают объективной картины функционирования государствен­ной машины.

Высокую активность проявила «новая экономическая история» 84. Ис­пользование математических методов дало определенные результаты при изучении современного промышленного развития США, состава рабочей силы, процессов, характерных для современной сельской Америки и т. д. Но и здесь отсутствие научной методологии лишает исследователей воз­можности в полной мере использовать потенциал количественных мето­дов, раскрыть фундаментальные процессы в историй США, осмыслить американское общество как конкретно-историческую целостность. Это об­стоятельство отмечали и некоторые видные американские историки, ука­зывающие на неспособность «экономических историков» соединить мате­матические и статистические методы с историческим синтезом 85.

Одним из крупных направлений является «психоистория», базирую­щаяся на применении метода психоанализа к истории. «Психоистория» занимает видное место в современной американской буржуазной историо­графии. Акцентируя внимание на бессознательных, иррациональных на­чалах в поведении человека, представители «психоистории» (Р. Лифтон, Э. Эриксон, Б. Мазлиш, П. Левенберг) пытаются обосновать вывод об иррациональности всего исторического процесса. В такой интерпретации личность оказывается стоящей над обществом. Для большинства работ представителей «психоистории», претендующих на создание «подлинно научной истории» человеческого общества в противовес марксизму-лени­низму, характерна реакционная направленность86.

Субъективизм в использовании логико-математических и иных меж­дисциплинарных методик, наносящих прямой ущерб историческому син­тезу, особенно ощутим в сфере истории международных отношений и внешней политики, где «модернисты» оспаривают первенство у «тради­ционных» школ («политических идеалистов» и «политических реалистов», позиции которых в конце 60—70-х годов заметно сблизились) 87. В рам­ках «модернистского» направления насчитывается множество «школ» (12 по подсчетам профессора Йелского университета Б. Рассетта). Среди них — школы интеграции, международного конфликта, теории игр, имита-

84 Aydelotte W. Quantification in History. Reading (Mass.), 1971; The Remterprelation
of American Economic History/Ed, by R. W. Fogel, S. L. Engerman. N. Y., 1971;
The Dimensions of the Past: Materials, Problems and Opportunities for Quantitative
Work in History/Ed, by V. R. Lorwin, J. M. Price. New Haven, 1972.

85 Higham J. Op. cit., p. 165.

80 Могилъницкий Б. Г.. Николаева И. Ю., Гулъбин Г. К. Американская буржуазная «психоистория». Критический очерк. Томск, 1985.

87 Мурадян А. А. О «модернистском» и «традициопалистском» направлениях.— В кн.: Американская историография внешней политики США, 1945—1970, с. 110—134; Современные буржуазные теории международных отношений: Критический ана-лиз/Отв. ред. В. И. Гантман. М., 1976; Современные внешнеполитические концеп­ции США/Отв. ред. Г. А. Трофименко. М., 1979.



ИСТОРИОГРАФИЯ


ИСТОРИОГРАФИЯ



 


ционного и системного анализа, политического торга и др.88 «Школы» эти отличаются друг от друга конкретными приемами и методами анали­за (формально логический, математический, бихейвиористский и т. д.), но общим для них является использование позаимствованных из точных наук абстрактных схем и моделей, создающих видимость строгой объек­тивности, «надклассовости». Характерно для них и обилие модных науко­образных терминов.

Несмотря на острую полемику между сторонниками «традиционных» подходов и «модернистами», в толковании конкретных проблем всегда проявляется общность их классового подхода. Это особенно четко просле­живается в работах, освещающих различные аспекты послевоенной внеш­ней политики США, советско-американских отношений в период разряд­ки напряженности в начале 70-х годов 89.

Начало 70-х годов было отмечено острой полемикой среди буржуазных специалистов в области истории международных отношений. Наиболее реалистически мыслящие исследователи высказывали трезвые суждения, в той или иной степени учитывавшие изменения в соотношении сил на мировой арене. Проводилась, в частности, мысль, что в условиях ядерно­го паритета военная сила утратила для США свою абсолютную «полити­ческую целесообразность». Дж. Кеннан, видный представитель традици­онной школы «политического реализма», аргументировал этот тезис дву­мя соображениями: военное могущество США уравновешивается таким же военным потенциалом Советского Союза; с помощью оружия, как убедительно продемонстрировала война во Вьетнаме, «Соединенным Шта­там не удастся навязать неядерным державам свою волю» 90. Однако позиция сторонников разрядки была достаточно противоречивой91. При­знавая в ряде случаев необходимость дальнейшего углубления разрядки, они обставляли это признание рядом надуманных оговорок.

Активизировалось в это время и правое крыло буржуазной историо­графии, представители которого развернули широкую кампанию против разрядки92. Сторонники «жесткого курса» требовали применения против СССР и других социалистических стран «рычагов давления»: наращива­ния военного потенциала США, использования в подрывных целях эконо­мических и научных связей, сплочения Запада на антикоммунистической основе, отказа от курса на разрядку. Переход от конфронтации к со­трудничеству в отношениях между США и СССР они предлагали заме­нить «ограниченным конфликтом» в рамках треугольника СССР — Китай — Запад (под словом «Запад» подразумевались США, Западная Европа, Япония). Двусторонние же отношения США — СССР, по мнению этой группы авторов, определяются военно-политической борьбой, кото-

88 Russett В. Methodological and Theoretical Schools in International Relations. New

Haven, 1969.

89 Кокошин А. А. О буржуазных прогнозах развития международных отношений. М., 1978.

90 Кеппап G. After the Cold War: American Foreign Policy in the 1970's.— Foreign

Affairs, 1972, vol. 51, p. 4.

91 Липатов С. И. США и Европа: общие проблемы американской континентальной политики: Критический анализ буржуазной историографии США. М., 1979, с. 129—203; Подлесный П. Т. Американские концепции развития отношений с СССР. М., 1980.

92 Detente: an Evaluation. Wash., 1974, p. 1.
рую Вашингтон должен непременно вести с «позиции силы», используя средства «психологической воины» .

Со второй половины 70-х годов в буржуазной историографии явствен­но проявился общий сдвиг в сторону консерватизма94. В исследованиях о послевоенной внешней политике США вновь, как это было в 50-х го­дах, усилились мотивы вульгарной апологетики американского внешне­политического курса, участились выступления против разрядки междуна­родной напряженности. Так, профессор университета штата Огайо А. Хэмби превозносил США как «оплот западной демократии», защищаю­щий мир от «тоталитарной угрозы»; достижения же разрядки он объяв­лял «псевдособытием» и «иллюзией». В изданном в 1976 г. труде Хэмби поставил перед собой цель реабилитировать «благодетельную имперскую политику» США, незаслуженно якобы пострадавшую от критики со сто­роны радикальных историков-«ревизионистов» 95.

Вновь оживились «политические идеалисты», выступившие с тезисом об «отсутствии империализма» в США, об их «миролюбии». Так назы­ваемое «имперское» поведение США, писал в 1976 г. Дж. Слейтер, про­фессор университета штата Нью-Йорк в г. Буффало, обусловлено «экс­пансионистским идеализмом». По его мнению, США никогда якобы «не стремились к господству преднамеренно», а приклеенный им «ярлык» империализма «представляет собой удобный миф», поскольку-де внешняя политика современных США является «оборонительной» 96.

Во второй половине 70-х годов многие буржуазные историки (не толь­ко правого толка, но и либералы), поддерживая правительственный курс, пытались найти историческое «обоснование» для имперских притязаний США. Избегая слова «разрядка» (в употребление вошло выражение «послеразрядка» — post-detente97), они пустились в рассуждения о «продолжении напряженности иными средствами», призывали к «игре с позиции силы» в отношении СССР98. Профессор университета Джонса Гопкинса Р. Осгуд, например, осуждая «излишнюю осторожность», порожденную «вьетнамским синдромом», вновь (как и в 1960 г.) 99 оправдывал ограниченную (ядерную и неядерную) войну в интересах «сдерживания СССР» 100. Делались попытки повысить действенность

93 The Soviet Empire: Expansion and Detente. Critical Choices for Americans/Ed, by W. E. Griffith. Lexington (Mass.); Toronto, 1976, vol. 9, p. 8, 304, 399—401. В духе милитаризма и антисоветизма были выдержаны многие работы, вышедшие в конце 70-х годов под грифом Пенсильванского института внешнеполитических ис­следований, Центра стратегических и международных исследований при Джорджтаунском университете, Гуверовского института войны, мира и революции и дру­гих центров.

94 Симптоматичным является рост числа так называемых советологических» цент­ров, расширение их тематики. См.: Марушкин Б. И. Советология: расчеты и про­счеты. М., 1976.

95 Hamby A. L. The Imperial Years. The United States since 1939. N. Y., 1976 p. 389—391.

96 Slater J. Is US Foreign Policy «Imperialist» or «Imperial»? — Political Science Quar­terly, 1976, Spring, vol. 94, p. 424—427, 435.

97 Defending America. Towards a New Role in the Post-Detente World. N. Y., 1974.

98 Gati Ch., Gati T. Debate over Detente. N. Y., 1977, p. 58; Stanley T. The Continua­tion of Tension by other Means. N. Y.. 1977, p. 12-13.

99 Осгуд Р. Ограниченная война. М., 1960.

100 Osgood R. Limited War Revisited. Boulding, 1979, p. 4—5.



ИСТОРИОГРАФИЯ


ИСТОРИОГРАФИЯ



 


«морального фактора» во внешней политике США путем объявления по­следней инструментом борьбы за «права человека» 101.

Вместе с тем не прекращалась деятельность и видных буржуазных ученых, изучающих международные отношения, внешнюю политику США с позиций трезвого учета реальностей современного мира1О2. Именно с этих позиций выступили в 1979 г. такие видные исследователи, как Дж. Кеннан, Дж. Гэлбрейт, Ф. Нил, С. Писар, авторы получившей широкую известность книги «Разрядка или катастрофа» 1O3.

Последовательную линию в борьбе за мир, социальную справедли­вость, против агрессивной политики США проводят в своих работах американские историки-марксисты. В них на основе ленинской теории империализма дается глубокий анализ новых явлений в экономике и по­литике американского империализма после второй мировой войны.

Проблемы общего кризиса капитализма, рост агрессивности амери­канского империализма, сложные процессы в рабочем и демократическом движениях США глубоко и всесторонне проанализированы в многочис­ленных трудах и выступлениях Гэса Холла 104. Широкое признание на­учной общественности получили труды Дж. Морриса, Ф. Фонера. Г. Гри­на по истории американского рабочего и профсоюзного движения; Г. Уинстона, К. Лайтфута, Дж. Джексона — о негритянском освободи­тельном движении105. Крупным событием в прогрессивной историогра­фии США стало опубликование «Истории американского народа» Г. Ап-текера, завершение подготовленной им четырехтомной документальной истории черных в США106. В 1975 г. Аптекер выступил с новой книгой по истории негритянского народа, в которой разоблачаются реакционные концепции буржуазной историографии107.

Труды американских историков-марксистов оказывают заметное влия­ние на развитие историографии в США. Большая роль в этом отноше­нии принадлежит созданному в 1964 г. Американскому институту марк­систских исследований, возглавляемому Г. Аптекером. По его словам, последние годы в США наблюдается знаменательное возрождение инте­реса к марксизму. «Даже в официальных академических изданиях... —









Дата добавления: 2016-07-09; просмотров: 572; ЗАКАЗАТЬ НАПИСАНИЕ РАБОТЫ


Поиск по сайту:

При помощи поиска вы сможете найти нужную вам информацию, введите в поисковое поле ключевые слова и изучайте нужную вам информацию.

Поделитесь с друзьями:

Если вам понравился данный ресурс вы можете рассказать о нем друзьям. Сделать это можно через соц. кнопки выше.
helpiks.org - Хелпикс.Орг - 2014-2020 год. Материал сайта представляется для ознакомительного и учебного использования. | Поддержка
Генерация страницы за: 0.021 сек.