Сведения о результатах следственной работы за 2001-2006 гг.

 

Год Всего уголовных дел, возвращенных судом прокурору в порядке ст. 237 УПК Удельный вес уголовных дел, оконченных в срок свыше двух месяцев (%) Число оправданных судом и реабилитированных следствием лиц, в том числе незаконно, необоснованно содержавшихся под стражей
Следователями МВД России Следователями прокуратуры и Следственного комитета при прокуратуре РФ Следователями МВД России Следователями прокуратуры и Следственного комитета при прокуратуре РФ Следователями МВД России Из них содержались под стражей Следователями прокуратуры и Следственного комитета при прокуратуре РФ Из них содержались под стражей
43 462 17,2 26,9 4,0 0,8 17,5 6,1  
41 953 16,2 21,2 3,5 0,8 13,2 4,2  
35 930 15,9 19,9 3,5 0,8 16,2 5,0  

 


В этих условиях требовалось, во-первых, принять политическое решение по разграничению функций процессуального контроля предварительного следствия и прокурорского надзора за законностью принимаемых следователем процессуальных решений и производством им следственных действий и, во-вторых, сформулировать в нормах УПК предложения ученых и практиков о разделении указанных функций прокурора.

Это было реализовано в Законе N 87-ФЗ. Его положения, обеспечившие перераспределение (фактическую передачу) процессуальных полномочий практически в полном объеме и частично надзорных функций от прокурора к руководителю следственного органа, по нашему мнению, направлены: во-первых, на реальное повышение результативности и качества предварительного следствия и, в конечном счете - на обеспечение конституционных прав граждан вне зависимости от их процессуального статуса как участников уголовного судопроизводства; во-вторых, на создание единой в Российской Федерации службы расследования. С этой точки зрения Закон N 87-ФЗ - значительный шаг законодателя по решению этой весьма важной и неотложной задачи, о необходимости чего автор неоднократно высказывался*(589).

По причине небольшого времени действия данного Закона достаточно сложно судить о положительных или отрицательных последствиях и влиянии его новаций на качество следствия и соблюдение следователями законности при расследовании уголовных дел.

Однако еще до вступления в действие Закона N 87-ФЗ и до сегодняшнего дня не обошлось без анализа результатов деятельности органов предварительного следствия. Со стороны ряда ученых и отдельных практических работников Генеральной прокуратуры РФ при поддержке определенной части юридической общественности*(590) раздаются весьма критические обращения к органам государственной власти "вернуть прокурору" полномочия по надзору за предварительным следствием, а заодно и право возбуждения уголовных дел. На последнем Генеральная прокуратура РФ настаивает особенно.

Об основных аргументах прокуратуры и поддерживающих ее позицию ученых и отдельных практических работников в части восстановления полномочий прокурора на стадии досудебного производства за предварительным следствием позволим себе остановиться чуть ниже. Сначала о том, что особенно настораживает в позиции прокуратуры по рассматриваемым в данной публикации вопросам.

Первое - это сложившаяся на протяжении многих лет гегемония прокуратуры в абсолютном большинстве вопросов российского уголовного судопроизводства (в статье автор рассматривает исключительно этот вопрос), в том числе по надзору за деятельностью судов при вынесении ими решений по уголовным делам. По сути, прокуратура представляла собой "истину в последней инстанции". И в этой связи позволим себе напомнить, что непосредственно перед принятием УПК во втором чтении из уст как Генерального прокурора РФ, так ученых и отдельных практических работников звучали официальные высказывания, что новый УПК не только не способен обеспечить деятельность органов предварительного расследования по соблюдению прав участников уголовного процесса, но и разрушит всю систему по раскрытию и расследованию преступлений*(591). Звучало это на заседаниях комитетов Государственной Думы РФ, на парламентских слушаниях в Государственной Думе и Совете Федерации, на заседаниях рабочих групп по проблемам совершенствования УПК (автор принимал непосредственное участие в их работе).

Второе - это невосприятие тех изменений уголовно-процессуального законодательства, которые направлены на ограничение полномочий прокурора в досудебном производстве. Следует не забывать о том, с какой настойчивостью прокуратура, вопреки положениям Конституции и Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод, ратифицированной в Российской Федерации еще в 1998 г., пыталась отстаивать (а фактически сумела пролоббировать) сохранение на переходный период своих полномочий по санкционированию заключения подозреваемых, обвиняемых под стражу и производства следственных действий, ограничивающих конституционные права граждан. И только фактическое вмешательство Конституционного Суда РФ, признавшего своим Постановлением от 14.03.2002 N 6-П "По делу о проверке конституционности статей 90, 96, 122 и 216 Уголовно-процессуального кодекса РСФСР в связи с жалобами граждан С.С. Маленкина, Р.Н. Мартынова и С.В. Пустовалова" положения УПК РСФСР, предусматривающие применение в качестве меры пресечения заключение под стражу без судебного решения, не соответствующими Конституции (ст. 17, 22 и ч. 1 ст. 46), позволило обеспечить с момента вступления в действие УПК реализацию положений Конституции в части возможности ограничения конституционных прав граждан исключительно по судебному решению, что потребовало внесения в УПК изменений до вступления его в действие (Федеральный закон от 29.05.2002 N 59-ФЗ "О внесении изменений и дополнений в Федеральный закон "О введении в действие Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации").

Третье - это системность в негативной оценке прокуратурой деятельности органов предварительного следствия. Ранее, в основном, это относилось к следственному аппарату органов внутренних дел, а сегодня - в большей степени и к следователям Следственного комитета при прокуратуре РФ*(592). Зачастую критические оценки даются прокурорами без анализа результатов деятельности следственного аппарата на основании фактов отдельных нарушений закона и, как правило, основаны на субъективном мнении прокурора.

Об аргументах за восстановление полномочий прокурора по процессуальному руководству и осуществлению надзора за предварительным следствием. Как было отмечено выше, публично они были озвучены 29 мая 2008 г. в Совете Федерации РФ на парламентских слушаниях "Роль и место органов прокуратуры в системе Государственных институтов Российской Федерации", а также отражены в указанных выше публикациях Ю. Кастанова, Н. Булановой и др.

Первый из них заключается в увеличении, по мнению прокуратуры, числа нарушений законности в деятельности следователей как Следственного комитета РФ, так и следователей ОВД. Так ли это на самом деле? Об этом позволяют судить сравнительные показатели качества, сроков следствия, состояния законности при расследовании уголовных дел до и после вступления в действие Закона N 87-ФЗ (табл. 5).

 


Таблица 5

 









Дата добавления: 2016-07-09; просмотров: 571; ЗАКАЗАТЬ НАПИСАНИЕ РАБОТЫ


Поиск по сайту:

При помощи поиска вы сможете найти нужную вам информацию, введите в поисковое поле ключевые слова и изучайте нужную вам информацию.

Поделитесь с друзьями:

Если вам понравился данный ресурс вы можете рассказать о нем друзьям. Сделать это можно через соц. кнопки выше.
helpiks.org - Хелпикс.Орг - 2014-2020 год. Материал сайта представляется для ознакомительного и учебного использования. | Поддержка
Генерация страницы за: 0.007 сек.