От контакта к отношению
Мне всегда не нравилось, что многие гештальтис-ты смешивают понятия «контакт» и «отношения». Основное содержание книги «Гештальт-терапия» посвящено контакту и лишь немного — отношению; контакт — это, конечно, составная часть отношения, часть некоего более сложного целого. Разработки Перлза и Гудмена по поводу контакта, нельзя просто взять и перенести на анализ отношений, и на стро-
64 Жан-Мари Робин
ительной площадке понятия «отношение» еще долго будет идти работа.
В конце 1980-х годов я взял на себя смелость подступиться к понятию контакта и определил его независимо от понятия отношения. В те времена поле не давало мне достаточной поддержки, и я чувствовал потребность — с несказанным трепетом — показывать свои тексты Изадору Фрому, который обычно не давал или почти не давал в ответ своих комментариев. Когда на этот раз он получил мой текст, мы долго говорили об этой статье, и он ее одобрил — что укрепило мою уверенность в себе в связи с теми рисками, которые, как мне казалось, я на себя принял.
Сегодня у меня остались в памяти главным образом ограниченность этого текста и необходимость лучше разработать артикуляцию понятий контакт/отношение. В том числе стоит вопрос: «Что есть терапевтического в терапевтических отношениях?», который вынуждает нас пойти по этому пути с того момента, когда мы отказывается давать на него единственный ответ, ссылаясь на обращение с переносом. Как быть? Вооружиться некоторым набором инструментов, чтобы перейти к вопросу «Каким должно быть осмысление терапевтического отношения?» в соответствии с теорией self?
Раз я затронул этот вопрос об отношении, я хотел бы раскрыть «политические» скобки. В тот момент, когда психотерапевтическое сообщество взволновано тем, чтобы дать психотерапевту некое определение и даже некий статус, определение self в качестве контакта и тем самым перенесение акцента на интерсубъективные отношения открывает дорогу другому определению психотерапевта, которое иначе зависит от «психологического знания», нежели то, за которое ратует большинство представителей психологии
Быть в присутствии другого 65
и психиатрии. Если рассматривать self в качестве инстанции, которая является более или менее стабильной, более или менее накладывается на понятие субъекта, как мы сказали об этом выше, в рамках индивидуалистической парадигмы, то психотерапевт должен развивать объективное «знание» или, по меньшей мере, верить в то, что таковое возможно, подобно психотерапевтам других направлений. Его интервенция была бы, в таком случае, интервенцией эксперта, основанной на знании объекта под названием «Человек». В отсылке к постмодернистской парадигме, как я упомянул выше, акцент должен сместиться на диалогическое конструирование опыта. Отныне не экспертиза и не психотерапевт, назначенный на должность архитектора перестройки, стоят в центре спора и, следовательно, определения; и это может нам позволить строить профессию психотерапевта на специфических и автономных основаниях, принимая в расчет особенность нашей позиции и нашей практики. Курт Левин еще раз может способствовать выработке нами наших идей своим понятием «исследования-действия»: нет объекта исследования, не зависящего от действия, которое осуществляется с ним. Скобки закрываются.
Дата добавления: 2014-12-03; просмотров: 805;