Архивы в странах Европы в период позднего феодализма (XVI – первая половина XVII в.).

Лекция 4. Архивы и архивное дело в феодально – абсолютистских

Монархиях

 

План:

*Архивы в странах Европы в период позднего феодализма (XVI – первая половина XVII в.)

*Архивы в феодальных государствах Ближнего Востока и Индии

*Архивы в феодальном Китае

 

Литература:

Архивные курсы. История архивного дела классической древности в Западной Европе и на мусульманском Востоке. Пг., 1920.

Бржостовская, Н.В. Архивы и архивное дело в зарубежных странах: Учеб. пособие. М., 1971.

Бржостовская, Н.В., Илизаров, Б.С. Архивное дело с древнейших времён до 1917 г. // Труды ВНИИДАД. Т. 1. М., 1979.

Маяковский, И.Л. Учеб. пособие. М., 1959. Вып. 1: Архивы и архивное дело в рабовладельческих государствах в эпоху феодализма.

Старостин, Е.В., Чудиновский, В.А. Архивы и архивное дело в зарубежных странах: Вып.1. Свердловск. 1991.

 

 

Архивы в странах Европы в период позднего феодализма (XVI – первая половина XVII в.).

Общие замечания. Период позднего феодализма отмечен в истории архивов рядом новых характерных черт, обусловленных в свою очередь новыми явлениями в социально – экономическом, политическом и культурном развитии стран Западной, а позднее Центральной и Восточной Европы. Среди них наибольшее значение имели: 1) постепенно усиливающийся процесс разложения феодальных отношений и формирование нового капиталистического уклада в наиболее развитых странах; 2) сопровождающие этот процесс перемены в области государственной надстройки, принявшей в большинстве стран форму абсолютной монархии с непрерывно растущим бюрократическим аппаратом; 3) изменения в области культуры и идеологии, связанные с эпохой позднего Возрождения и Реформации. Разумеется, все эти изменения проявились в разных странах по-разному и не сразу находили своё отражение в области делопроизводства и устройства архивов. Отдельные черты их мы уже находили в развитых государствах Италии в XV в. В ряде стран они проявились или получили развитие позднее, в конце XVII и в XVIII столетиях. Поэтому хронологические рамки периода довольно размыты, что в общем характерно для любых исторических процессов. Авторы работ, посвящённых общей истории архивов (С. Пистолезе, Е. Казанова, А. Ботье, И.Л. Маяковский и др.), объединяли в один период время, охватывавшее XVI – XVIII вв. и даже иногда (А. Ботье) первые десятилетия XIX в. и выдвигали в качестве его характерной черты формирование королевских или государственных архивов. К последнему утверждению ещё предстоит вернуться в дальнейшем. Что же касается хронологических рамок периода, то к ним, как уже говорилось, вполне применима периодизация всеобщей истории, принятая в исторической науке, в основу которой положены основные изменения в социально – экономической структуре общества, нашедшие достаточно чёткое выражение в наиболее развитых странах.

Поскольку в классовом обществе, в особенности в период капитализма, социально – экономические процессы проявляются прежде всего в сфере частной деятельности, мы должны с самого начала подчеркнуть появление нового типа фондообразователей и архивов, непосредственно возникавших в ходе зарождения и развития капиталистических отношений внутри феодального общества. Речь идёт о предприятиях капиталистического типа – мануфактурах, банках, крупных торговых заведениях и т.п. Растёт и товарность помещичьих хозяйств, втягивавшихся в рыночные отношения, что находило отражение в составе их документации. Деятельность предприятий капиталистического типа сопровождалась возникновением новой документации и ростом архивов буржуазии. Другие участники процесса – экспроприированные производители материальных благ, наёмные рабочие, - не владея средствами производства, не могли выступать в роли фондообразователей, и их деятельность находила отражение лишь в архивах их эксплуататоров – предпринимателей. Таким образом, в архивах частных предприятий нашёл непосредственное отражение процесс развития капиталистических отношений. Однако история этих архивов из-за недостатка источников очень мало изучена. По сравнению с архивами дворянства архивы буржуазии были гораздо менее стабильны и тесно связаны с судьбой предприятия. Они использовались в основном для обеспечения его функционирования. Возможность извлечения из них ретроспективной информации более широкого значения в то время мало осознавалась и была крайне ограничена. С прекращением функционирования предприятия обычно прекращал своё существование и его архив; но и до того многие бумаги, кроме важных документов правового характера и главных бухгалтерских книг, теряли своё практическое значение и могли уничтожаться. Поэтому архивы частных предприятий XVI – XVII вв. почти не дошли до нашего времени. Исключение составляют остатки нескольких архивов банков и крупных торговых компаний, действовавших порой под некоторым контролем государства и с привлечением государственных средств, что вместе с корпоративной формой собственности обусловило и более ответственное отношение к хранению документации. Немногие документы, сохранившиеся с тех времён, представляют интерес в основном для источниковедения и документоведения, а для истории архивов дают мало. Сама организация частных архивов отличается определённой аморфностью и однообразием по сравнению с официальными архивами. В зависимости от масштабов предприятия документы могли храниться в доме хозяина и у его нотариусов, либо, если текущие архивы были более значительны, при бухгалтериях, конторах, магазинах, складах и т.п.

Социально – экономические процессы, характерные для рассматриваемого периода, нашли отражение и в крупных правительственных архивах, в значительной части дошедших до нашего времени, история которых изучена гораздо лучше.

Правительственные архивы. Для абсолютистского государства характерна тенденция к непрерывному росту и разбуханию бюрократического аппарата. В период первоначального накопления компетенция государственного аппарата значительно возросла. Это привело к созданию новых учреждений и к частичному упразднению старых органов феодальной сословной монархии, хотя крупнейшие реформы государственного аппарата падают на более позднее время. Во многих странах старые королевские советы с широким представительством феодальной верхушки, сохраняя часть своих функций, уступают место в решении принципиальных политических вопросов тайным государственным советам всё более узкого состава. Возрастает роль государственных секретарей , разветвляется фискальный аппарат, появляются новые специализированные ведомства, развиваются органы местного управления и т д. Существенное значение для архивного дела имеют важные изменения в организации делопроизводства. Рост управленческих функций ведёт к всё более значительному количественному росту документации, среди которой уменьшается удельный вес документов о феодальных правах (грамот, титулов), но увеличивается количество организационно – распорядительных, финансовых, судебных документов. Всё большее место занимает переписка как политическая, так и административная. Внесение всех бумаг в регистры становится невозможным. Книжная форма в административном делопроизводстве сохраняется в основном для серий таких однородных документов, как законы и приказы, протоколы совещательных органов и т.п., или кратких входящих и исходящих журналов. На смену книгам приходят сформированные дела (в папках или связках – фасцикулах), содержащие документы по одному вопросу – как входящие, так и исходящие. Правовые документы теперь часто входят в состав дела вместе со связанным с ними актовым материалом. По утверждению таких знатоков европейского делопроизводства, как А. Ботье и А. Бреннеке, в наиболее последовательной форме и раньше по времени эта реформа делопроизводства произошла в германских и скандинавских государствах, приняв форму регистратур нового образца. Это старое название, связанное по происхождению с ведением регистров, наполнилось новым содержанием, а впоследствии прочно удержалось для обозначения архива действующего учреждения. В регистратурах нового типа входящие и исходящие документы формировались в дела согласно заранее выработанной номенклатуре (нем. Aktenplan). Дела имели вид фасцикул -маленьких связок документов в сложенном виде. В романских странах и в Англии в целом происходил такой же процесс, но дольше сохранялись старые серии и традиция раздельного хранения входящих и исходящих документов. Предметная регистратура с её номенклатурой отсутствовала. Переход от регистров к хранению отдельных дел, удобному во многих отношениях, сделал более сложным их упорядочение и способствовал распылению документов, созданию в архивах путаницы и хаоса. Документы подолгу удерживались на руках у должностных лиц, что было настоящим бедствием того времени, контроль за их прохождением был затруднён. Многие учрежденческие архивы оказались обеднёнными, а официальные документы нашли место в частных фамильных архивах.

Для архивного дела рассматриваемого периода характерно соблюдение принципа секретности, касавшегося в первую очередь архивов при важных политических органах. Конечно, и средневековые хранилища грамот не были общедоступными, но небольшое количество документов создавало возможность укрытия их в надёжных местах. Теперь же, с появлением больших архивов, понадобилось специальное понятие секретности. Оно было естественно в эпоху секретной политики, секретной дипломатии, тайных советов и тайной полиции, тем более, что слова секретный, тайный часто входили в состав того учреждения, которому архив подчинялся.

Одним из наиболее ярких моментов в истории архивного дела XVI – XVII вв. было создание в Европе ряда крупных архивов сложного состава и преимущественно (хотя и не исключительно) политического характера, которые историки архивного дела объединяют в общее понятие государственные или королевские архивы. Однако как по обстоятельствам создания, так и по составу документов они сильно различаются между собой. Интересно отметить, что значительная концентрация документов не была в то время характерна для наиболее развитых государств с централизованным и разветвлённым аппаратом и ранее сложившимися коронным архивами, включившими в себя значительную часть средневекового архивного наследия. Но старые коронные архивы в этих странах переживают определённый кризис, и приток документов в них резко падает в пользу ведомственных хранилищ.

И хотя воФранциив XVI в. главным королевским архивом продолжала считаться Сокровищница хартий, её роль неизменно падала, и сама она, находясь в ведении финансовых органов, всё более отдалялась от канцелярии. М. Мишо (Франция) прослеживает, как постепенно перестали поступать в неё королевские указы после регистрации их в Парижском парламенте, а также королевские письма. В самой Сокровищнице документы постепенно пришли в беспорядок.

Сохранился указ Франциска I, в котором отмечается, что в хранилище невозможно найти требуемые документы и говорится о необходимости наведения в нём порядка. Однако и этот указ не имел последствий. Отрицательно сказался и тот факт, что в течение нескольких лет должность хранителя Сокровищницы хартий объединялась с должностью прокурора Парижского парламента, который совсем не имел времени и желания заниматься архивными делами. В 1568 г. была сделана последняя запись в регистрах Сокровищницы. Архив окончательно оторвался от действующих учреждений. Занятое религиозными войнами и борьбой за власть в XVI в., правительство совсем не уделяло ему внимания. Беспорядок дошёл до такой степени, что уже через несколько лет после брака Людовика XIII документ об этом событии не могли разыскать в архиве. Только в начале XVII в. были приняты некоторые меры для упорядочения документов Сокровищницы. Юристы Дюпюи и Годфруа по распоряжению короля провели пересистематизацию и описание её документов, значительно нарушив прежнюю организацию, но всё же сделав возможным их поиск.

Французская революция конца XVIII в. застала архив в состоянии упадка. Для новой династии Бурбонов он в значительной степени утратил актуальность. Важная политическая документация концентрировалась в кабинетах королей, канцлеров и государственных секретарей.

Ришелье выражал намерение создать новый главный архив в Лувре, но оно не было претворено в жизнь. Постепенно роль главного хранилища документов политического значения начинает играть архив Министерства иностранных дел. Однако вплоть до конца XVII в. правительству не удалось добиться, чтобы министры сдавали свои бумаги официального характера в ведомственное хранилище – в значительной мере они оседали в их домашних семейных архивах. То же можно сказать и об архивах руководителей финансового ведомства.

В архивном деле Англиив рассматриваемый период наиболее значительным событием было создание Архива государственных бумаг (State Paper Office), появление которого было связано с существенными изменениями в структуре государственного аппарата. Ещё в XVI в., в правление Генриха VIII, чрезвычайно возросла роль ведомства главного королевского секретаря, к которому перешли многие функции в руководстве внутренней и внешней политикой и в ведении соответствующей документации, ранее выполнявшиеся канцелярией. При Елизавете I это ведомство получило название Государственного секретариата. При нём и сложился Архив государственных бумаг как ведомственное хранилище. В архивоведческой литературе время его создания обычно относят к 1578 г, но авторы современного путеводителя по Государственному архиву Англии считают это ошибкой. Это мнение основано на неправильном понимании одного документа. Формально о существовании Архива государственных бумаг известно с начала XVII в.: назначение его первого официального хранителя относится к 1610 г. Архив государственных бумаг стал главным политическим архивом страны, где сосредоточились основные документы по внешней и внутренней политике начиная с XVI в. Он был создан как архив действующего учреждения, хотя и пополнялся позднее некоторыми документами иного происхождения. Кроме документов, накопившихся в помещении Государственного секретариата в Уайтхолле, в архив затем была передана значительная масса документов политического характера, отложившихся в старом хранилище в ведении казначея в Солсбери – Хауз. Но многие из них задержались в Казначействе, а затем подверглись распылению и оказались в частных руках. Таким образом, в Архиве государственных бумаг частично отсутствовали важнейшие материалы XVI в. Так, бумаги елизаветинского лорда казначея Д. Берли, игравшего большую роль в политическом руководстве страной, оказались в значительной степени в частном собрании Лансдоуна. Большие массивы правительственных документов этой эпохи также попали в частные коллекции Коттона, Гарлея, Уильямса и др.: последний, правда позднее, передал свою коллекцию в Архив государственных бумаг.

Королевская канцелярия между тем продолжала своё существование, но изменила функции, постепенно перерождаясь в один из высших судебных органов. В её ведении остались старые правительственные политико – административные архивы, накопившиеся за предшествующие столетия (Капелла свитков, Архивная башня, хранилище Вестминстере); ответственным за них оставался мастер свитков; В последующий период под его надзором оказались архивы судебных органов. Таким образом, ведомство лорда канцлера с тех пор являлось обладателем крупнейших ведомственных архивов, находившихся, однако, в очень запущенном состоянии.

Сходная картина сложилась и в области архивов финансового управления. С XVI в. Казначейство постепенно отделялось от Палаты шахматной доски, оттесняя её на второй план, а в XVII в. окончательно от неё отделилось, став главным органом финансового управления. В его собственном помещении в Уайтхолле сложился и его новый архив как важнейший архив в сфере государственных финансов. В то же время Палата шахматной доски также продолжала существовать с изменёнными функциями, удержав у себя старые документы Казначейства. Это был второй крупнейший ведомственный исторический архив страны.

Из других ведомственных архивов Англии должен быть особо отмечен непрерывно растущий архив Адмиралтейства, значение которого определялось ролью Англии как морской державы.

Особенности английского абсолютизма – наличие парламента и слабое развитие местного аппарата нашли своё отражение в составе архивов. Парламент перестал сдавать свои документы в королевские архивы и создал свой собственный архив. На местах же важнейшее значение имели архивы выборных органов – мировых судей.

Иначе складывался новый архив Испании.В Кастилии, как уже отмечалось выше, создание коронного архива запоздало,и документы о правах короны и по управлению страной были рассредоточены в королевских замках (Ла Мота и прочих), в канцелярии в Вальядолиде и других местах. Такое распыление имело следствием гибель многих материалов. В 1505 г., уже после объединения Кастилии с Арагоном, была предпринята попытка произвести концентрацию документов в Вальядолиде, но она не была доведена до конца. Лишь в 1545 г. последовал указ об основании архива Кастильской короны. Для архива отводилась часть крепости Симанкес. Указом назначался специальный архивариус. Вначале в этот архив были помещены только документы о правах династии, но позднее архив перерос первоначальные рамки, и в него стали передаваться старые материалы из всех центральных учреждений: королевской канцелярии, советов, органов судебного и финансового управления и т.д. Поэтому, хотя архив в Симанкасе по времени создания явился одним из самых последних коронных архивов Европы, ему была присуща небывалая до того степень концентрации материалов государственного аппарата, что давало повод некоторым авторам называть его Центральным государственным архивом в современном смысле слова, с чем однако нельзя согласиться. Во многом этот архив сохранял черты средневекового учреждения. В первый период своего существования он пользовался большим вниманием властей. В 1588 г. для него была составлена одна из первых известных в истории архивного дела инструкций.

С 1561 по 1811 г. архивом управляли несколько поколений семьи Айала, для которых эта должность являлась наследственной. Свои обязанности они выполняли с разным успехом, среди них были как очень дельные и образованные люди, такие как Дьего де Айала, так и не обладавшие подобными достоинствами.

По составу документов архив Кастильской короны носил двойственный характер: это был одновременно архив Испании, поскольку он хранил и получал документы из центральных учреждений, управлявших всей страной и её колониями, и архив собственно Кастилии, поскольку в нём были собраны остатки архивов прежних королей Кастилии (с XII в) и кастильских учреждений. С созданием этого архива продолжали своё существование старые архивы Арагонской короны, архивы Валенсии и Майорки, комплектовавшиеся документами учреждений, действовавших на соответствующей территории, особенно по судебному и финансовому управлению. Такое положение соответствовало структуре испанского государства, которое, как указывал К. Маркс, и после воссоединения продолжало сохранять черты раздробленности и неоднородности.

Приблизительно в то же время имела место крупная концентрация документов в Королевстве обеих Сицилий, которое тогда также находилось под властью испанской короны. В 1540 г. в Капуанском замке (Кастель Капуано) близ Неаполя были собраны сохранившиеся старые архивы: регистры из канцелярии Гогенштауфенов и документы Анжуйской и Арагонской династий (XIII – XVI вв.). Этот архив не был связан с действующими учреждениями и представлял собой один из первых примеров ведомственного исторического архива.

В 1523 г. в результате освободительной войны против датского владычества Швеция стала самостоятельным государством. В 1526 г. была образована регистратура короля Густава Вазы при его канцелярии. Так возник ещё один из будущих крупнейших европейских архивов – пока в качестве хранилища документов нового учреждения в новом государстве. Регистратура развивалась как обычный архив действующего учреждения, но позднее она была пополнена документами секуляризованных монастырей. Военные успехи Швеции и превращение её в одну из сильнейших держав сказалось и на судьбе архива. Канцлер Аксель Оксенширна придавал архиву важное значение, и, осуществляя в 1618 г. реорганизацию королевской канцелярии, выделил его в специальный отдел. Так главный политический архив Швеции отделился от текущего делопроизводства. Параллельно ему вырастал главный архив финансово – хозяйственной документации при камер-коллегии, бывшей в Швеции органом общего финансового контроля.

Таким образом, создание в XVI в. Западной Европе больших архивов, о которых было сказано выше, представляет собой ряд мероприятий, весьма различных по содержанию и не позволяющих сводить образовавшиеся архивы к одному типу. В одних случаях это были архивы вновь созданного центрального учреждения (Англия) или правительственный архив вновь образованного государства (Швеция), предназначенные в первую очередь для документов нового времени. В Королевстве обеих Сицилий мы видим, наоборот, факт концентрации документов прежних правительств, совершенно не связанных с действующими учреждениями. Наиболее широкий профиль имел архив Кастильской короны. По первоначальному замыслу он создавался как типичный коронный архив, но время наложило на него свой отпечаток. Он отличался от коронных архивов XIII – XV вв. масштабами и сложностью своего состава, в котором отразился процесс усложнения государственного аппарата.

В странах Центральной и Восточной Европы в XVI – первой половине XVII в. возникали новые архивы при действующих учреждениях и принимались некоторые меры к концентрации старых документов.

Большая распылённость архивов и документов по-прежнему характерна для Римской империи, во главе которой с XVI в. уже прочно закрепилась династия Габсбургов. Ими была сделана попытка сконцентрировать свои старые документы в одном месте. Она связана с именем Максимилиана I Габсбурга, который, объединив в своих руках власть над всеми землями империи, в 1501 г. принял решение построить в Инсбруке здание для архива и собрать в нём документы имперских учреждений и разных линий дома Габсбургов. Однако эта идея не была реализована. Осуществлено было лишь описание части документов, которые собирались включить в архив. В 1512 г. попытка повторилась, но тоже без результатов. Последний крупный раздел владений Габсбургов в 1564 г. снова повлёк за собой перемещения документов.

В XV – XVI вв. продолжался процесс укрепления и стабилизации немецких территориальных княжеств.Он сопровождался и новыми явлениями в области архивного дела. Обычно они выливались в форму создания, с одной стороны, политического (тайного) архива (А. Бреннеке называет его главным архивом) при государственной канцелярии, в котором объединялись законодательные акты, грамоты и другие династические документы, международные договоры, регистры и актовый материал канцелярии, различных советов и комиссий, а с другой – финансового (камерального) архива, где хранились различные финансовые и хозяйственные документы. Постепенно вырастали архивы и при других учреждениях. Многие архивы Германии погибли в период 30-летней войны.

ВРусском государстве в XVI – XVII вв. продолжался процесс напоминающий обычную картину формирования архивов, характерный для эпохи централизованных монархий. Продолжал своё развитие в XVI в. Московский коронный архив, получивший в литературе условное название Царского архива. Сохранились сведения, что он хранился на Казённом дворе, то есть прошёл обычный путь архивов – сокровищницы. Но опись этого архива 1585 г. – первый источник, содержащий о нём конкретные данные, была составлена тогда, когда архив хранился в Посольском приказе. По-видимому, к этому времени уже образовались архивы при центральных учреждениях – приказах, ведавших отдельными отраслями управления. Архиву Посольского приказа с конца XVI в. принадлежала роль главного политического архива страны. Вместе с Царским архивом в него вошли сохранившиеся духовные и договорные грамоты великих и удельных князей, международные договоры, некоторые следственные дела политического характера и документы, касающиеся многих сторон управления государством. Наличие этого важного комплекса документов в составе архива Посольского приказа придавало последнему черты ведомственного исторического архива. В дальнейшем комплектование этого архива носило более профильный характер – в него поступали документы в основном по внешним сношениям Русского государства. Таким образом, и здесь произошёл характерный процесс перехода важнейшего комплекса политической документации из ведения казны в ведение государственной канцелярии, какой являлся Посольский приказ. Правда, есть сведения, что ещё в конце XVII в. некоторые государственные договоры по-прежнему передавались на хранение на Казённый двор, возможно, для обеспечения сохранности. Так что какие-то пережитки архива – казны ещё существовали. Важное общеполитическое значение имел также архив, складывавшийся при Московском столе Разрядного приказа, где, в частности, собиралась документация, связанная с законодательной и военно-административной деятельностью правительства и с придворными церемониями. Во второй половине XVII в. (1650 – 1670-е гг.) своеобразная разновидность секретного политического архива существовала в виде архива приказа Тайных дел.

Правительство Русского государства предпринимало некоторые меры для упорядочения своих архивов. Д.Я. Самоквасов приводит ряд царских указов XVII в., содержавших критику состояния хранения дел в приказах и требовавших их описания. В приказах периодически предпринимались описательные работы, о чём свидетельствует ряд сохранившихся описей. Однако и порядок в архивах, и сохранность документов оставляли желать лучшего. Много документов погибло. Причины этого крылись и в недостаточном уровне административной культуры и в ещё большей степени во многих неблагоприятных внешних факторах (частые пожары, последствия польской интервенции начала XVII в., когда было вывезено много документов). Ещё сложнее обстояло дело с хранением документов на периферии, где основными местами их концентрации были земские и воеводские избы. Отсутствие необходимых условий содержания документов и частые пожары в деревянных российских городах приводили к их гибели. Но благодаря значительной централизации управления в московские приказы постоянно поступала информация с мест, и документация воеводских (приказных) изб в большой мере дублировалась в архивах приказов.

В польско – литовской Речи Посполитой соотношение между архивами центральных и местных учреждений было иным. Здесь отсутствовала строгая централизация управления, что имело следствием определённую неразвитость центрального аппарата и ограниченный состав столичных архивов. Важнейшими архивами в Варшаве, которая стала столицей с XVI в., были Коронный архив, хранивший в основном подлинники важнейших государственных документов, Коронная метрика, где собирались актовые книги коронной канцелярии, и архив казначейства (Скарба). Основная роль в управлении внутренними делами принадлежала местным властям и находила отражение в архивах трибуналов (высшие судебные органы), гродских судов (центры судебной и военно-административной деятельности старост), шляхетских сословных судов – земских и подкоморских, органов городского самоуправления (магдебургий), в семейно – вотчинных архивах феодалов и церковно – монастырских архивах. В центре эта документация почти не дублировалась. Архивам в Варшаве и Вильнюсе (где находился архив Великого Литовского княжества, позднее переведённый в Варшаву) был нанесён значительный ущерб во время шведско – польской войны XVII в.: много важных документов было вывезено в Швецию и впоследствии лишь частично возвращено по условиям мирных договоров.

Тяжёлая катастрофа постигла в этот период архивы другой страны Центральной Европы – Венгрии.Архивы Центрального и местного управления в результате турецкого вторжения в 1526 г. были разгромлены, важнейшие документы королевского архива при попытке их эвакуации утонули в Дунае. В довершение всего документы, сохранившиеся ещё в Будайской крепости, сгорели при пожаре в конце XVII в.

Появление в ряде стран больших архивов сложного состава создавало новые условия и трудности при классификации и группировке поступающих в них документов. Архивисты того времени привыкли работать в архиве и регистратуре одного учреждения. Подобным же образом они действовали и при систематизации материалов сложного архива. Понятие единства происхождения архивных материалов у них ещё отсутствовало. Документы они различали не по происхождению, а по таким признакам, как форма документов, их назначение или вопрос, о котором в документах идёт речь. Поэтому каждой группе поступавших документов давалось определение по какому – либо признаку (в качестве одного из признаков могло быть и название учреждения, однако таким названием могла обозначаться лишь часть документов учреждения). Эта группа образовывала отдельную классификационную единицу; в некоторых странах такая единица носила латинское название репозитура.Материалы одного учреждения нередко распылялись по разным репозитурам и, что случалось реже, в одну репозитуру попадали документы разных учреждений. Но в этих искусственно созданных группах связи документов по происхождению всё же не терялись окончательно; в отдельных группах документов, образовывавших репозитуру часто сохранялись делопроизводственные комплексы.

А. Бреннеке предложил назвать подобный метод индуктивно – практическим. Он приводит как яркий образец применения этого метода Тайный государственный архив Пруссии XVI в. о его репозитурами, созданными архивистом Шонбеком. Сходные явления можно наблюдать в структуре королевской регистратуры Швеции XVI в. и Архива Кастильской короны того же времени, архива Посольского приказа, а впоследствии Московского архива коллегии иностранных дел в Москве в XVII и XVIII вв. В то же время подобный подход к классификации, по-видимому, имеет прецеденты в некоторых архивах средневековья, прежде всего в Сокровищнице хартий и Капелле свитков.

Городские, нотариальные, церковные и другие архивы. В рассматриваемый период продолжали существовать все виды архивов, появившиеся ранее, но состав и значение их не оставались прежними. Так, в известной мере падало значение городских архивов Западной и Центральной Европы в связи с ограничением в условиях абсолютизма городских вольностей. Главная роль в управлении на местах принадлежала теперь королевской администрации, а компетенция органов городского самоуправления ограничивалась. Большинство старых городов сохранили значительную часть своих средневековых архивов, представлявших уже в основном исторический интерес и использовавшихся при написании истории городов. Но нередко из городских архивов по распоряжению государственной власти изымались древние привилегии и передавались в коронные архивы. В городах – государствах Италии, где республиканский строй уступал место тирании и монархии, важнейшие документы городских архивов были поглощены архивами носителей деспотической власти. В имперских городах Германии росли архивы при отдельных ведомствах, но важнейшее значение имел архив городского совета и его канцелярии. В это же время во многих странах оформляются более или менее стабильные архивы при органах сословного представительства и сословных корпорациях.

Рост частной собственности и расширение деловых связей приводили к росту численности и значения нотариальных архивов. Интересны некоторые попытки концентрации нотариальных документов. Так, во Флоренции в 1559 г. был образован объединённый архив нотариальных протоколов. В 1625 г. в Риме по указанию папы Урбана VIII образовался городской архив с ярко выраженным нотариальным профилем.

На положении церковных архивов в ряде стран Западной и особенно Центральной Европы заметное влияние оказали события, связанные с церковной реформацией. В странах, где реформация одержала победу, были ликвидированы многие учреждения католической церкви, осуществлена секуляризация церковно-монастырских земельных владений. Документы церковных архивов при этом также были конфискованы и в значительной части перешли в архивы светских властей. Возникли архивы при учреждениях реформистской церкви. Они уступали разнообразию своего состава католическим церковно-монастырским архивам: в них не было старых средневековых документов, документации по управлению церковно-монастырскими вотчинами. Меньше было административное делопроизводство, так как управление делами протестантской церкви осуществляла государственная власть, и документы об этом откладывались в соответствующих государственных учреждениях. Частичная секуляризация церковных владений, сопровождавшаяся конфискацией относящихся к ним архивов, имела место также в Англии и Шотландии.

Оправившись, хотя и не до конца, от ударов, нанесённых ей реформацией, католическая церковь готовилась перейти в контрнаступление. Были приняты и организационные меры в области церковной администрации, чтобы сделать её более гибкой и приспособленной к изменившимся условиям. Одной из таких мер была частичная реформа ватиканских учреждений. В XVI в. они были модернизированы по образцу светского государственного аппарата того времени; в их состав входил ряд отдельных ведомств, при которых создавались свои архивы. В 1612 г. на базе Тайной библиотеки был оформлен Тайный Ватиканский архив, которым ведал специальный префект, подчинённый кардиналу – архивисту. Позднее, в 1759 г., произошло объединение под одним началом Тайного Ватиканского архива и архива в замке св. Ангела, а в 1799 г. – также и их территориальное слияние в Ватикане. В 1682 г. оформился архив папской Датарии. Одновременно принимались меры к упорядочению церковных архивов на местах. Особенно важное значение имело постановление Триденского церковного собора 1563 г. о ведении и хранении приходских книг, содержащих записи актов гражданского состояния.

В положении архивов учреждений православной церкви особых изменений в рассматриваемый период не происходило. В них продолжало нарастать количество подлинных документов и копийных книг. Отрицательное влияние на их сохранность продолжали оказывать, в зависимости от местных обстоятельств, неблагоприятные условия хранения и военные катастрофы.

В составе дворянских фамильно – вотчинных архивов всё большее место занимали документы официального происхождения, оставленные у себя представителями фамилии, занимавшими различные посты в государственном аппарате, в армии, судах, церкви и т.п. О другом типе частновладельческих архивов – архивах буржуазии – было сказано выше.

Использование архивных документов. Возросшее внимание к архивам было связано с расширением использования документов в качестве юридических доказательств, инструмента в хозяйственной и административной деятельности и важного политического оружия, в частности в области международных отношений. Развитие международного права, рождавшегося в практике дипломатических споров, делало всё более необходимым привлечение документов в этой сфере, заставляло разыскивать их в старых и новых хранилищах. Одним из показателей возросшего интереса к документам как носителям ретроспективной информации явилось увеличение масштабов коллекционирования исторических рукописей и древних документов, с XVI в. распространившегося во всех странах Европы. Труды историков того времени также показывают всё больше примеров

относительно широкого и целеустремлённого использования архивных документов.

Так, когда известный английский историк XVI в. У. Кемден писал один из своих главных трудов – историю царствования королевы Елизаветы – он получил доступ к документам королевских архивов, к домашнему архиву первого министра Д. Берли и пользовался материалами крупнейшей в Англии частной коллекции Д. Коттона.

Ярким образцом исторического труда, насыщенного разнообразными документами, привлечёнными в качестве источников, былаИстория своего времени в 126 книгах французского историка Д. Де Ту. В ней были использованы многие секретные материалы, законодательные акты, протоколы государственных советов, постановления Парижского парламента, наказы и резолюции Генеральных штатов, донесения дипломатов, дневники и мемуары военных и политических деятелей Франции. Де Ту стремился давать и не критическую оценку, а в начале каждой книги приводил характеристику источников.

Важное значение привлечения архивных документов подчёркивали и многие немецкие историки, в том числе автор Комментариев о состоянии религии и государства при императоре КарлеИ. Слейдан, которому принадлежит характерное утверждение: Чего нет в актах, того нет в действительности.

В Русском государстве, где в XVI в. история излагалась ещё в форме традиционного летописания, также привлекались в качестве источников архивные документы, о чём свидетельствуют, например, пометы на полях известной Описи царского архива.

Использование источников стимулировалось не только научными интересами, но прежде всего острой политической борьбой, стремлением идеологического обоснования абсолютизма, полемикой по вопросам религии и истории церкви, сопровождавшей события реформации и контрреформации.

Идеологи реформации в своих сочинениях, направленных против католицизма, стремились при помощи исторических документов разоблачить пороки католической церкви или доказать подложность документов, служивших для подкрепления её авторитета.

Ярким примером здесь может служить Церковная история, изложенная по столетиям (так называемые Магдебургские центурии), издававшаяся в 1559 – 1574 гг. группой профессоров и студентов Магдебургского университета под руководством Матвея Влачича. В этом издании была доказана подложность многих церковных документов, в том числе широко известных Исидоровых декреталий – сборника важных актов и папских посланий периода становления католической церкви. Однако авторы Центурий могли использовать очень ограниченный круг источников: богатые архивы католической церкви были для них закрыты.

В лучшем положении находился их главный оппонент – Цезарь Бароний, папский секретарь, хранитель Ватиканской библиотеки. В 12-ти томах своего сочинения Церковные анналы,имевшего целью поднять престиж католичества в противовес его критикам, он имел возможность использовать богатейшие материалы Ватиканских хранилищ. Правда, позднее было доказано, что документы подбирались им тенденциозно и излагались некритически, а весь труд содержал много ошибок. Но в своё время он прославил своего автора.

Так в XVI в. стал создаваться ставший классическим тип историка – эрудита, знатока исторических источников и литературы.

Однако использование документов историками в XVI – начале XVII в. всё ещё не вполне соответствовало понятию научных архивных разысканий. Круг архивов, к которым учёные имели доступ, был ограничен архивами тех лиц и учреждений, по поручению которых они работали. Подбор документов был открыто тенденциозен, критика источников делала ещё первые шаги и ограничивалась в основном некоторыми приёмами датировки и установления подлинности. Научное обобщение этих приёмов было осуществлено позднее, ближе к концу XVII в.

В XVI в. в Европе получило распространение издание исторических памятников типографским способом. Начало этой деятельности было положено в 1500 г. владельцем типографии в Венеции Альдом Мануцием. Публиковавшаяся им при участии многих известных гуманистов серия памятников греческой литературы получила у современников название Альдовской академии.Публикация исторических источников получила распространение во Франции, в Германии и других странах. Но издавались в то время главным образом повествовательные тексты: хроники, исторические сочинения, жизнеописания. Архивные документы публиковались ещё редко.

Книги об архивах. Накопление и использование архивных материалов и частичное отделение архивов от канцелярий внутри учреждений приводило постепенно к пониманию роли архива как особой части государственного аппарата и его самостоятельного значения. Появляются и первые теоретики архивного дела, авторы книг об архивах. Одни из них интересуются преимущественно вопросами практической работы архивистов, в частности систематизацией документов, других привлекает главным образом значение и правовое положение архива. Это последнее относится к автору одного из самых ранних сочинений об архивах Якобу фон Раммингену из Штутгарта. Его трактат под названием О регистратуре, её устройстве и управлении вышел в Гейдельберге в 1571 г. Рамминген отводит архиву (точнее – регистратуре, словоархив получило в Германии распространение главным образом с XVII в.) очень высокое место в государственном аппарате: по его мнению, архив должен представлять собой самостоятельное учреждение и стоять рядом с канцелярией государя и финансовой палатой. Он подтверждает это тем, что архив хранит наготове все письменные доказательства прав, владений и прерогатив государя и его подданных, а также и его соседей. Архив рассматривается лишь с практической стороны, его научное значение не находит освещения. Регистратура, - пишет Рамминген, - это сердце, утешение и сокровище для государя, который её хранит и бережёт, а также для его подданных и бедных людей и всех его соседей.Говоря о внутреннем устройстве архива, Рамминген предлагает делить все документы на три большие группы: дела о государе (causae domini), дела о подданных (causae subditorum) и дела по внешним сношениям (causae extraneorum), а внутри них – на дела, относящиеся к предметам (realia) и лицам (personalia).

В 1632 г. в Венеции была издана Книга об архивах юриста Балтазара Бонифация. Он также окружает архив ореолом особого почитания. Располагать документы в архиве он рекомендует сначала по местностям, затем по предметам и, наконец, по хронологии.

Таким образом, в области систематизации документов были унаследованы методы, появившиеся ещё в предшествующие столетия, когда документы объединялись в группы по каким-либо общим для них признакам (области управления, территории, предметам, лицам), но появилась тенденция к более стройной системе их расположения. При этом в архивах со сложным составом, объединявших документы разного происхождения, применялся тот же подход, что и в архивах, хранивших документы одного учреждения, в результате чего перемешивались дела разных фондообразователей.

Архивы в феодальных государствах Ближнего Востока и Индии.Формирование архивов в феодальных государствах Ближнего Востока прошло тот же путь, что и в Западной Европе, хотя и имело некоторые специфические черты. Здесь также необходимо отметить влияние римско-византийских традиций на организацию делопроизводства и составление документов. Это в частности, ярко проявилось при создании государственного аппарата и ведении документации в арабских странах. До VIII в. в канцеляриях Сирии, Палестины, Северной Африки работали византийские чиновники и бумаги составлялись на греческом языке (в Египте на греческом и коптском). Когда на смену греческому пришёл арабский язык, византийские традиции сохранились в формах ведения переписки. Другим центром, оказывавшим влияние на постановку делопроизводства в сопредельных странах, была Персия, из неё заимствовались канцелярский стиль и формы документов.

Позднее для значительной части Азии, включая Северную Индию, образцом для постановки канцелярского дела были арабские халифаты – Багдадский (VIII – IX вв.) и Каирский (X – XII вв.). Основной политический архив, содержавший законодательные, внешнеполитические, военные документы, находился при канцелярии халифа. В дальнейшем архивы складывались и при отдельных ведомствах – диванах.

Обилием материала особенно отличались архивы кадастровых учреждений, хранившие документы земельных переписей, сведения о земельных владениях государства и пожалованиях земли. Образовывались архивы при судах. С появлением должности визирей большие массы документов государственного управления скапливались в их домах. Так, сохранились сведения, что у одного из визирей X в. к концу его пребывания на посту весь дом был набит документами.

Значение церковных архивов в странах ислама, хотя и было велико, однако не совпадало с ролью их в христианском мире. Прежде всего это объясняется иной организацией церковного землевладения. Им ведали вакуфные учреждения, где и хранилась документация по церковным землям, сами же церковные учреждениябыли менее заинтересованы в концентрации у себя многочисленных грамот на владение землёй; не знала мусульманская церковь и столь крупного монастырского хозяйства, а следовательно, здесь не было и больших монастырских вотчинных архивов, подобных европейским.

В средневековых государствах Востока создавались также хранилища рукописей в библиотеках. Большими библиотеками владели важнейшие мечети и духовные учебные заведения. Существовали библиотеки при дворах халифов. Так, в Багдаде имелось учреждение, носившее название Дом мудрости, со знаменитой в своё время библиотекой.

Архивное дело в арабских халифатах, персидской и сельдлукской державах, в государствах северной Индии и средней Азии, пройдя стадии, свойственные периоду раннего феодализма и феодальной раздробленности, в ряде случаев раньше, чем в Европе, достигло форм, характерных для архивного дела централизованных монархий. Однако дальнейшее совершенствование этих форм задерживалось, они как бы консервировались и многократно повторялись.

Возможно, в этом отчасти сыграли свою роль истребительные войны, которые велись в этих районах. Сокрушительному разгрому подвергались целые государства, и на их месте возникали новые, с тем чтобы самим подвергнуться со временем той же участи. При таком положении не было условий для развития и совершенствования государственного аппарата, а следовательно, и для организации хранения его документации. Отдельные же стороны делопроизводства достигли большого совершенства. Это относится прежде всего к изготовлению документов. Также в арабских халифатах был выработан очень изящный канцелярский почерк, доходивший при изготовлении особо важных документов до степени искусства. Его дополняли приёмы внешнего оформления и украшения документов: заглавные буквы, порой роскошный орнамент, сверкавший золотом и яркими красками. Такой вид придавался важным документам, исходившим от имени монарха или подававшимся на его имя. В выработке высоких сортов бумаги ремесло в государствах Востока достигло больших успехов. Особенно ценилась бумага кашмирская и китайская. Для её украшения в документах, подаваемых ко двору, употреблялась тончайшая золотая пудра.

В период позднего абсолютизма архивы государств Востока приобрели много общих черт, свойственных и архивному делу феодально – абсолютистских монархий Европы XVI – XVIII вв. Здесь также растёт число ведомственных архивов и закрепляется ведомственный принцип в архивном деле со всеми возникающими отсюда отрицательными последствиями. Также явственно становление главных политических архивов, которые, однако, гораздо ближе к особе и двору монарха, чем архивы абсолютистских режимов Европы, так что во многом они скорее сопоставимы с королевскими архивами позднего средневековья.

Примером могут служить архивы императоров династии Великих Моголов в Индии. В канцелярии императора, в отдельных ведомствах, в канцеляриях наместников велось обширное делопроизводство по установленным формам, отражавшее все отрасли управления государством. Документы центральной власти хранились в резиденциях Моголов, находясь в ведении начальника канцелярии, подчинённого непосредственно визирю. Сохранились свидетельства о существовании обширного архива вблизи помещения императорской канцелярии в г. Агре, долгое время служившем резиденцией монгольских правителей. До сих пор существует здание в Сикре, где хранился архив императора Акбара. Существовал архив и в императорском дворце в Дели. Архив должен был всегда находиться при особе императора. Хроники сообщают о том, как в военных походах его сопровождали канцелярия и архив, перевозившийся на слонах и верблюдах.

В архивах Моголов хранились указы императора, протоколы заседаний императорского совета, придворные бюллетени, императорские фирманы, официальная переписка между императорской канцелярией и различными ведомствами (входящие и копии исходящих), доклады императору о делах государства, донесения официальных и тайных агентов верховной власти внутри государства и за его пределами, международные договоры и дипломатическая переписка, различная документация по вопросам финансов, земледелия, суда и военного дела, всякого рода справочные пособия и, наконец, официальные хроники.

Сходная постановка архивного дела существовала и в администрации крупных и мелких индийских мусульманских государств, в период распада империи Моголов. При дворах раджей и других носителей власти хранились архивы, содержавшие их указы, письма, документы различных ведомств (диванов), внешнеполитическую переписку. Такие архивы существовали и в XIX в. в вассальных по отношению к Англии княжествах, сохранивших некоторую самостоятельность во внутреннем управлении.

Обширная документация сосредоточилась в центральных и местных учреждениях огромной Турецкой империи. Важнейший политический архив складывался с XIV в. при дворцовой канцелярии султана. Позднее самый крупный архив образовался при имперском совете (Диван – и – Хумаюн): в нём хранились материалы великого визиря, сообщения, поступившие от кадиаскеров румелийского и анатолийского, дефтери, копии писем султанов, шерифов Мекки, письма иноземных государей, финансовые документы и др. С начала XVIII в. политические документы концентрируются в реорганизованной канцелярии султана, известной под названием Высокой Порты (Баб – и – Али): здесь находились указы султана, важнейшие документы, поступавшие на его имя, и главным образом документы по внешней политике. В канцелярии велись регистры исходящих бумаг, а весь её материал делился на группы по тематическому признаку; к документам составлялись описи и нечто вроде алфавитных указателей. Архив хранился во дворце Высокой Порты, а после пожара 1754 г. во дворце Метер – Хане.

Существовал дворцовый архив, где откладывались документы по содержанию двора, султанских дворцов и их снабжению. Во дворцах хранились и личные архивы султанов и членов их семьи.

Документы по отдельным отраслям управления сосредоточивались в многочисленных ведомственных архивах. Самые крупные из них принадлежали ведомству финансов, кадастра (материалы о землевладении), флота (в последнем откладывались и материалы по управлению заморскими владениями империи – Египтом, Алжиром, Тунисом, которое, как и во многих других странах, осуществлялось через военно – морское ведомство). Особое место занимал архив главы мусульманской церкви в Турции Шейх – уль – Ислама, где наряду с документами церковного и политического характера находились материалы военных и гражданских судов.

Отсутствие общего надзора и контроля и правильной постановки архивной работы, послужили причиной беспорядочного состояния архивов, бедственное их положение усугублялось частыми пожарами и войнами.

Архивы в феодальном Китае.В течение первых веков нашей эры китайское государство вступило в полосу политического и экономического кризиса. Это был кризис рабовладельческой формации, осложнённый нападениями гуннов и других кочевых племён, окружавших территорию Китая. На протяжении последующих семи-восьми веков в результате экономических изменений и политических преобразований в стране господствовали феодальные отношения. В их основе лежала надельная система, представлявшая собой, как показал Н.И. Конрад и ряд других советских исследователей, одну из характерных форм восточно – азиатского феодализма, которую на определённом этапе своей истории проходили и Китай и Корея, и Япония. Государственное устройство Китая претерпело существенные изменения. После нескольких веков раздробленности, которые перемежались непродолжительными периодами объединения и централизации, Китай был вновь объединён полководцем Ян Цзянем в 589 г. Императоры новой династии Суй и сменившей её в 618 г. династии Тан проводили твёрдую централизованную политику. Её основой была хорошо отлаженная бюрократическая система, основанная на строгой иерархии учреждений.

Высшими правительственными органами были три главные палаты (сань шэн): главная административная палата, главная палата императорских эдиктов и главная палата императорских указов. Первая, наиболее важная палата, обладала исполнительной властью, две другие – законодательной, но разной степени компетенции. Фактически первой, административной палате, был подчинён весь государственный аппарат в целом, а её управляющий обладал правами верховного канцлера. В помощь ему были приданы два товарища и два вице – канцлера. Последние непосредственно управляли двумя группами приказов. В подчинении левого (старшего) вице – канцлера находились приказ чинов (ведал назначениями, перемещениями, жалованиями, наградами и обложением должностных лиц), дворцовый приказ (ведал всем, что касалось дворца, раздачей земельных наделов, налогами, податями и повинностями); приказ церемоний (ведал культами, обрядами ит.д.). В подчинении правого вице – канцлера находились военный приказ, приказ уголовных наказаний и приказ общественных работ. Последний занимался всякого рода строительными, оросительными и осушительными работами. В свою очередь каждый из этих приказов распадался на четыре управления. Таким образом, государственный аппарат состоял из 6 основных приказов и 24 управлений. Кроме того, существовала ещё особая тайная (дворцовая) палата и 9 особых управлений. К ним следует прибавить полицейское управление и пять инспекций.

Центральные правительственные учреждения на местах имели свои органы. Вся страна была разделена на области, округа, уезды, волости и деревни. В каждом из них было своё местное управление.

Кроме того, существовали специальные органы надзора над деятельностью всех центральных и местных учреждений.

Таким образом, в феодальном Китае был огромный и широко разветвлённый государственный аппарат, имевший сложную внутреннюю структуру и иерархию. Чиновничество, составлявшее основной слой феодальной бюрократии, занимало доминирующее положение в правящем классе. Оно контролировало и регулировало всю политическую, экономическую и культурную жизнь страны. Ничего подобного не знало в рассматриваемое время ни одно другое государство мира, за исключением, пожалуй, Византии.

Регламентируя жизнь страны во всех её аспектах, феодальная бюрократия Китая большое значение придавала тщательно разработанному делопроизводству и культуре работы с документами. В этой области были тогда достигнуты значительные успехи. Они были обусловлены прежде всего двумя крупными техническими достижениями – изобретением бумаги и исторически первой множительной техникой – ксилографией.

Секрет изготовления бумаги, известный со II в., китайцы долго хранили в тайне, поскольку торговля бумагой с другими странами приносила значительные доходы. Лишь в 751 г. её стали изготовлять в Самарканде, в 793 г. в Багдаде, в 900 г. в Египте, в 1150 г. в Европе (Испания). В самом же Китае бумага сразу получила очень широкое распространение. Она использовалась не только в качестве писчего материала, но и на бытовые нужды (для изготовления обоев, платков, зонтиков, спичек).

В обширном историческом романе Ло Гуань-чжуна Троецарствие, написанном на основании исторических источников во второй половине XIV в. и охватывающем события феодальной войны III в. н.э., упоминаются следующие должностные лица, имевшие то или иное отношение к текущей документации и архивам учреждений. Это в первую очередь: ми-шу-лан – начальник секретной канцелярии императора, чжун-шу-лин – начальник императорской канцелярии и чжун-шу –чан – его помощник. Кроме этого, упоминается несколько высших чинов и должностей, ведавших корреспонденцией и перепиской императора: шан-шу, шан-шу-лин, цу-шэ-ши, тай-лан. Среди более мелких должностей следует упомянуть: сы-чжи – чиновник, помогавший сы-ту просматривать доклады, поступавшие императорскому двору из округов и областей; лин-ши и шу-цзи – должностные лица при высших сановниках, ведавшие их перепиской; чжи-чжун – помощник окружного инспектора, также ведавший перепиской, и, наконец, просто секретарь-письмоводитель – му-гуань. Наряду с ними следует особо отметить старшего чиновника приказа чжу-бо, следившего за правильным ведением записей и книг в своём ведомстве. В Ханьскую эпоху они имелись и в штатах некоторых должностных лиц, располагавших своими канцеляриями.

Как и в большинстве феодальных государств, в Китае придавали большое значение ведению родословных книг. Эта задача была возложена на придворного сановника цзун-чжена. О том, с какой тщательностью велись подобные документы, можно судить на основании следующего примера. ВТроецарствии описывается случай, когда император Сян-ди, решив выяснить происхождение одного из героев войны Лю Бэя, сумел проследить его родословную по записям по крайней мере за 350 лет.

Чиновники феодального Китая разработали довольно чёткую делопроизводственную терминологию, которая позволяет сделать вывод об уровне понимания функций документа. Все официальные документы обозначались одним терминомда. Внутри они дифференцировались. Эдикты, указы и распоряжения императора носили названия: чжи, чи, цэ. Приказы наследника престола – лин, приказы ближайших родственников императора – цзяо. Все документы, исходящие из вышестоящих административных учреждений к нижестоящим, обозначались термином фу.Отношения, отправляемые снизу вверх, назывались бяо, чжуан, цан, чи, ци и т.д. Документы, служившие для сношений между учреждениями разных приказов, назывались гуан, ци, и.

Документами, на основании которых определялось количество земли и величина повинностей, были подворные списки.

Все подворные списки составлялись в трёх экземплярах. Один из них оставлялся в уезде, а два других пересылались в вышестоящие инстанции, т.е. в областные управления и в центр – в ведомство финансов. Для каждой инстанции были установлены сроки архивного хранения списков. В уездных и областных учреждениях должны были хранить последние пять списков(т.е. за последние 15 лет). В центре обязаны были хранить последние три списка за 9 лет. Впрочем, в 719 г. этот порядок был изменён. В ведомстве финансов срок хранения был продлён. Ему было предложено хранить последние 9 списков (за 27 лет). Изменилась и система налогообложения. Налог стали взимать уже не с человека, а с определённой земельной площади. Этот налог взимался два раза в год (летом и осенью).

С 780 г. земельные кадастры поручали составлять уже не местным властям, а особым чиновникам центрального правительства. Их данные и брались за основу.

Уровень историографии феодального Китая был очень высок. Последнее, как известно, прямым образом зависит от состояния источниковой базы, т.е. в значительной мере от состояния архивного дела.

Китай издревле был страной прочных исторических традиций. Прошлое было тем мерилом, по которому оценивали настоящее и планировали будущее. Поэтому в Китае с большой тщательностью собирали всё, что тогда казалось важным для понимания истории. Причём делалось это на официальном государственном уровне. В первую очередь это относится к письменным документам.

Как уже отмечалось, ещё при династии Чжоу существовали особые чиновники, в ведении которых находились архивы, рукописные книги, династийные хроники. В принципе подобные должностные лица существовали при всех крупных и даже мелких правителях древнего и средневекового мира. В средневековом Китае был создан особый государственный институт – Историографическая коллегия (Ши гуань). На неё были возложены задачи, связанные со сбором исторического материала и составлением обширнейших династийных историй. В период правления династии Тан существовало правило, согласно которому на всех заседаниях правительства присутствовал особый чиновник, который записывал обсуждение текущих дел. До 983 г. эти записи отправлялись в Историографическую коллегию четыре раза в год, позже их стали отправлять ежемесячно.

В 990 – 994 гг. было установлено ещё одно правило о том, чтобы все правительственные учреждения представляли в Историографическую коллегию сведения о своей деятельности в виде сводок. Для каждого учреждения были установлены сроки – от 5 дней до квартала и года. В это же время было издано распоряжение о том, чтобы со всех указов, докладов и других документов и архивных материалов, поступающих в высшую правительственную палату, снимались копии, которые ежемесячно отправлялись в Ши гуань. Подобные копии отправляли и другие высшие государственные учреждения, занимавшиеся как местными, так и общегосударственными делами. Наконец, в 1002 г. трём основным управлениям, ведавшим государственными доходами, было дано указание о назначении особого чиновника, в обязанности которого входило бы раз в три месяца проводить в этих управлениях отбор документов для Историографической коллегии. Таким образом, Историографическая коллегия стала первым специализированным учреждением, где систематически и целенаправленно собирали материалы для целей исторического исследования. Без особой натяжки можно сказать, что это был первый известный нам исторический архив.

Собирание документов для коллегии не было самоцелью. Главная задача официальных историографов заключалась в систематизации документов, опубликовании и составлении исторических сочинений. Китайская феодальная историография разработала несколько типов подобных сочинений.

Первое место среди них по праву занимали так называемыеДинастийные истории (Чжэн ши). Основным источником для них служили ежедневные хроники, которые составлялись самими историографами на основании собранных документов и других сведений. Хроники издавались и в качестве самостоятельных произведений. Другим важным источником Династийных историй служили записи деяний и слов императора, произносимых им по торжественным случаям.

Династийные истории по широте охвата и точности изображаемых событий не имеют аналогий в мировой феодальной историографии. При их составлении в качестве образца служили Исторические записки великого древнекитайского историка Сыма Цяня. Династийные истории были не просто жизнеописаниями императоров и их приближённых. В них содержались сведения о государственном устройстве, законодательстве, хозяйстве, традициях и обрядах, географические, астрономические и медицинские сведения той или иной эпохи. Большое место на их страницах занимали сведения о состоянии философии, литературы, поэзии, а также биографии известных лиц.

Следует отметить, что китайские историки не ограничивались только документами официального характера. Они широко привлекали и такие источники, которые мы сейчас называем материалами личного происхождения. Уже Сыма Цянь при составлении биографии известного древнекитайского поэта Сыма Сян-жу опирался на документы из личного архива последнего. По приказанию императора после смерти Сыма Сян-жу его произведения были изъяты у семьи поэта и переданы в императорское хранилище. Известны случаи, когда по предложению историографов проводился опрос отошедших от дел крупных государственных деятелей, чьи воспоминания могли восполнить пробелы в источниках.

Династийные истории в завершённом виде создавались, как правило, после гибели того или иного правящего дома. По традиции первые императоры новой династии отдавали приказы о подготовке подобного сочинения. Оно являлось как бы подведением итогов деяний предшествовавших правителей. При этом в первую очередь преследовались цели пропагандистского плана, поскольку неудачи и падение той или иной династии рассматривались как закономерная кара Неба, а возвышение нового правителя как его благоволение.

Помимо Династийных историй существовали такие типы сочинений, как анналы (бань-нянь), охватывавшие значительные хронологические отрезки истории страны. Известны, например, анналы, написанные Сыма Гуаном совместно с другими учёными (эпохи Сунн), которые охватывали события с 403 г7. до н.э. по 960 г.н.э. При их составлении, помимо архивных материалов, было привлечено 322 различных сочинения.

Наконец, следует отметить такой вид исторической литературы, как Записи событий от начала и до конца. Они были посвящены в отличие от многоаспектных Династийных истор


<== предыдущая лекция | следующая лекция ==>
ИНЫХ МЕР ПРИНУЖДЕНИЯ | ХИМИЧЕСКАЯ СВЯЗЬ И СТРОЕНИЕ МОЛЕКУЛ. Химическую связь (в дальнейшем – связь) можно определить как взаимодействие двух или нескольких атомов




Дата добавления: 2015-08-14; просмотров: 1955; ЗАКАЗАТЬ НАПИСАНИЕ РАБОТЫ


Поиск по сайту:

При помощи поиска вы сможете найти нужную вам информацию, введите в поисковое поле ключевые слова и изучайте нужную вам информацию.

Поделитесь с друзьями:

Если вам понравился данный ресурс вы можете рассказать о нем друзьям. Сделать это можно через соц. кнопки выше.
helpiks.org - Хелпикс.Орг - 2014-2022 год. Материал сайта представляется для ознакомительного и учебного использования. | Поддержка
Генерация страницы за: 0.033 сек.