ПАТНЭМ (Putnam) Хилари (р. в 1926) — американ­ский философ и логик.

ПАТНЭМ(Putnam) Хилари (р. в 1926) — американ­ский философ и логик. После защиты докторской дис­сертации (Лос-Анжелес, 1951) П. — преподаватель в Принстоне, профессор кафедры философии науки Массачусетского технологического института (1961—1965) и профессор математики и математической логики Гар­вардского университета (с 1965). Член Американской академии искусств и наук, национальных ассоциаций символической логики и философии науки, избирался президентом Американской философской ассоциации. Основные сочинения: "Философские записки" (т. 1 — "Математика, материя и геометрия", 1975; т. 2 — "Ра­зум, язык и реальность", 1975; т. 3 — "Реализм и разум", 1983), "Смысл и моральные науки" (1978), "Разум, исти­на и история" (1981), "Множество лиц реализма" (1987), "Представление и реальность" (1989), "Реализм с чело­веческим лицом" (1990), "Прагматизм: открытый во­прос" (1992), "Возрожденная философия" (1992, 1993), "Слова и жизнь" (1994) и др. Основные проблемы фило­софского творчества П. сводимы к следующим: что представляют собой референты абстрактных идей? Мо­жет ли "объективность", оставаясь тождественной самой себе, зависеть от духа? Выступая до середины 1980-х представителем аналитической программы в филосо­фии, П. впоследствии подверг резкой критике ряд ее принципиальных положений. В работе "Разум, истина и история" П. сформулировал нетрадиционную гносеоло­гическую позицию, обозначенную им как "внутренний реализм" (позже — "реализм с человеческим лицом" и "естественный реализм"). По мысли П.: а) мир не состо­ит из фиксированного множества независимых от созна­ния объектов, мы фрагментируем на них мир, вводя ту или иную концептуальную схему; б) истина есть опре­деленный вид идеализированной рациональной прием­лемости, критериями которой выступают операциональ­ная применимость, когерентность, простота, внутрен­няя непротиворечивость и т.д.; в) возможно множество истинных описаний мира. Согласно П., "простота и ко-

герентность, а также другие подобные вещи суть сами ценности... часть нашей целостной концепции человече­ского процветания..." Наука предполагает рациональ­ность: "подлинная деятельность по отысканию аргумен­тов о природе рациональности предполагает более ши­рокую концепцию рациональности, чем концепция ла­бораторной проверяемости. Если нет фактической исти­ны о чем-либо, которую можно было бы проверить вы­ведением предсказаний, то нет и фактической истины относительно философского утверждения, включая и это данное. С другой стороны, любая концепция рацио­нальности... должна включать также многое из того, что туманно, плохо определимо... Страх перед тем, что не может быть "методологизировано" — это не что иное, как фетишизм...". Истина и рациональность у П. не тож­дественны друг другу ("опытные ингредиенты конкури­руют в познании ... нет ингредиентов помимо тех, что смоделированы концептуальным образом ... нет ингре­диентов, которые можно интерпретировать, не делая концептуального выбора"). Объекты здравого смысла ("деревья и стулья"), с точки зрения П., суть "образцы реального", в то время как объекты, существование ко­торых обосновывается истинными научными теориями, оказываются предметом соответствующих конвенций. В отличие от электронов и генов, априорных истин в ре­альности нет. (Согласно П., теория, рассматривающая мир независимо от познающего разума, возможно и со­храняет сей мир, но исключает возможность понимания каков он.) Геометрия Эвклида есть геометрия конечного пространства, как эмпирическая теория она синтетична. Математическое знание подвержено корректировкам, оно "квазиэмпирично". По мысли П., придание смысла процессу становления теорий, их конкуренции, их фальсифицируемости как методу их производства осущест­вимо лишь в контексте положенности некоей внелингвистической реальности (по отношению к которой язык имеет статус микрокосма): "есть внешние факты, и мы способны сказать, каковы они; но мы не в состоянии сказать, каковы они вне концептуального выбора". С точки зрения П., о "фактах", не созданных нами, допус­тимо рассуждать каким-то определенным образом лишь после выработки соответствующих языковых средств, сопряженных с ними способов выражения и некоей кон­цептуальной схемы. В русле рассуждений П., необходи­мо отказаться от "картезианского" представления о при­роде ментального в качестве некоей сферы взаимодейст­вия между когнитивными способностями человека и объектами внешнего мира. Чувственный опыт не есть пассивная регистрация объектов мира нашим сознани­ем, он, по П., является "переживанием, живым сущест­вом в своем опыте различных аспектов мира". П. пред­лагает поставить мысленный эксперимент: злодей-уче-

ный с помощью суперкомпьютера подает на нервные окончания отделенного от тела человека мозга всевоз­можные сигналы, создающие у того /мозга — А.Г./ пол­ную иллюзию реальности. Как возможно, — спрашива­ет П., — доподлинно определить, не являемся ли мы все "мозгами в чане". Или, с другой стороны, если мы — мозги в чане, способны ли мы сказать или попросту по­думать о себе как о мозгах в чане. Очевидно, по П., что возможная истинность этой ситуации делает ее ложной. Согласно П., отношение слов к реальности неоднознач­но. Мозг без носителя способен использовать общие с людьми слова, но не может адресовать их к тем же ве­щам, что и мы. П. утверждает: "Если возможный мир действительно реален, а мы не мозги в чане, то, говоря о ситуации вивисекции мозгов, мы имеем в виду образ "мозги в чане" или нечто подобное (при условии осмыс­ленности). Часть гипотезы о нас как о мозгах в чане предполагает в нас нормальных людей (с другой сторо­ны, быть реально в чане с мозгами не может быть час­тью галлюцинации). Иначе, если мы и в самом деле суть мозги в чане, то высказывание "мы — мозги в чане" бу­дет ложным. Поэтому подобное предположение не мо­жет не быть ложным". По мысли П., данная ошибка кро­ется в самой теории референтов, согласно которой "лишь некоторые мысленные репрезентации необходи­мым образом соотносятся с отдельными внешними ве­щами или типами вещей". П. является одним из авторов "новой теории референции", противостоящей двухкомпонентной трактовке значения (референт — экстенсионал, смысл — интенсионал). В границах данной теории принято полагать, что референция важнейших катего­рий языковых выражений не определяется и не обеспе­чивается систематически смыслом как таковым. По мысли собственно П., значение термина несводимо к его экстенсионалу: первое для П. суть "вектор", образован­ный несколькими компонентами, отражающими различ­ные аспекты использования указанного термина (описа­ние стереотипа, синтаксические и семантические марке­ры и т.п.). Смысл термина не принадлежит отдельному человеку, он относится к сообществу тех, кто владеет данным языком. Общее, присущее всем правильным употреблениям, конституирует относительно стабиль­ное "ядро" значения, выступающее "центром конверген­ции" для всех исторически изменчивых значений данно­го термина. Таковая инвариантность фундирует преем­ственность и сопоставимость в процессах эволюции на­учной терминологии. Как полагает П., "как хорошо по­нимал Кант, то, что универсум физиков не учитывает, не включает, пропускает, — это и есть та самая действи­тельная вещь, которая устраивает так, что универсум становится возможным для нас, или создает то, что де­лает для нас возможным построить этот универсум из

наших "чувственных побуждений (стимуляций)" — интенциональной, оценивающей, соотносящей работы "синтеза". Я полагаю, таким образом, что без оценок мы не можем располагать миром — мы попросту не имеем его".

A.A. Грицанов









Дата добавления: 2015-01-13; просмотров: 580; ЗАКАЗАТЬ НАПИСАНИЕ РАБОТЫ


Поиск по сайту:

При помощи поиска вы сможете найти нужную вам информацию, введите в поисковое поле ключевые слова и изучайте нужную вам информацию.

Поделитесь с друзьями:

Если вам понравился данный ресурс вы можете рассказать о нем друзьям. Сделать это можно через соц. кнопки выше.
helpiks.org - Хелпикс.Орг - 2014-2020 год. Материал сайта представляется для ознакомительного и учебного использования. | Поддержка
Генерация страницы за: 0.007 сек.