Августин.

По Августину, все сущее, поскольку оно существует и именно потому, что оно существует, есть благо. Зло не субстанция, а недостаток, порча субстанции, порок и повреждение формы, небытие. Напротив, благо есть субстанция, 'форма', со всеми ее элементами: видом, мерой, числом, порядком. Бог есть источник бытия, чистая форма, наивысшая красота, источник блага. Поддержание бытия мира есть постоянное творение его Богом вновь. Если бы творческая сила Бога прекратилась, мир тотчас же вернулся бы в небытие. Мир один. Августин считал достойным познания такие объекты, как Бог и душа: бытие Бога возможно вывести из самосознания человека, т.е. путем умопостижения, а бытие вещей - из обобщения опыта. Он анализировал идею Бога в соотношении с человеком, а человека в отношении к Богу. Душа, согласно Августину, нематериальная субстанция, отличная от тела, а не простое свойство тела. Она бессмертна. В учении о происхождении человеческих душ Августин колебался между идеей передачи душ родителями вместе с телом и идеей креационизма творения душ новорожденных Богом.

Мировоззрение Августина глубоко теоцентрично: в центре духовных устремлений Бог как исходный и конечный пункт размышлений. Проблема Бога и его отношения к миру выступает у Августина как центральная. Августин настоятельно противопоставляет свои воззрения всем разновидностям пантеизма, т.е. единства Бога и мира. Бог, по Августину, сверхприроден. Новым в теории познания было утверждение Августина об участии воли во всех актах познания, т.е. понимание познания как энергийноволевого процесса. Характеризуя роль волевого начала в чувствах, Августин подарил в века афоризм: 'Человек испытывает страдания ровно настолько, насколько поддается им'.
Августин говорил о скептиках: 'Им показалось вероятным, что истину найти нельзя, а мне кажется вероятным, что найти можно'. Разум, по Августину, есть взор души, которым она сама собой, без посредства тела, созерцает истинное. Истина же содержится в нашей душе, а душа наша бессмертна, и человек не вправе забывать о внеземной цели своей жизни. Человек должен подчинять свои знания мудрости, ибо в спасении души - его высшее назначение. 'Все, что мы созерцаем, мы схватываем мыслью или чувством и разумением. Душа угаснуть не может, если не будет отделена от разума. Отделиться же она никак не может'. Августин рассматривает разум как очень важную функцию души. Размышляя о социальной реальности, в частности о богатстве и бедности, Августин утверждал, что имущественное неравенство людей - неизбежное явление социальной жизни. Поэтому бессмысленно стремиться к уравнению богатств: неравенство будет продолжаться во все века, пока будет существовать земная жизнь человечества. Августин утешал людей тем, что человек добродетельный, хоть и находится в рабстве и наг, в душе свободен и, напротив, злой человек, хоть он и царствует - жалкий раб своих пороков. Августин, опираясь на одну из основных христианских идей -идею принципиального равенства всех людей перед Богом (ведь они происходят от одного праотца), призывает их к тому, чтобы жить в мире.

Осмысление реальных судеб человечества составляет то, что является философией истории Августина, изложенной в 22 книгах его главного труда 'О граде Божием'. Здесь он сделал попытку охватить всемирно-исторический процесс, поставить историю человечества в тесную связь с планами и намерениями Божества. По Августину, человечество образует в историческом процессе два 'града': с одной стороны, светское государство - царство зла, греха, царство дьявола, а с другой - христианскую церковь -царство Божие на земле.

Эти два града созданы, по Августину, двумя родами любви: земное царство создано любовью человека к самому себе, доведенной до презрения к Богу, а небесное - любовью к Богу, доведенное до презрения к самому себе.

 

Плотин

Плотин родился в г. Ликороле, Египет. Обратился к изучению философии достаточно поздно, на 28 году жизни. Плотин поначалу ничего не записывал, пока его об этом не попросили его ученики Амелий и Порфирий. После смерти Плотина все его записанные сочинения опубликовал Порфирий. Он придал всему изданию систематический характер (т.е. расположил трактаты не в хронологическом порядке их написания, а в тематическом) и назвал их Эннеады, потому что все 54 трактата были распределены на шесть частей по девять трактатов в каждой части. В первой эннеаде собраны трактаты, посвященные антропологии, во второй и третьей – природе и космосу в целом, в четвертой – учению о душе, в пятой – об уме, в последней шестой – о едином. Таким образом, план корпуса воспроизводит структуру платонического универсума, продвигаясь от более низшего к высшему.

Превыше всего как первоначало – Единое, которое «по ту сторону сущности. Оппозицией Единому выступает темная (а единое – это свет и «солнце») и лишенная вида материя, не-бытие, начало зла. Материя провоцирует высшее к переходу в низшее, являясь для высшего как бы зеркалом, в котором каждая ипостась порождает свое подобие: Ум отпадает от Единого и подобием его оказывается Душа, Душа отпадает от Ума, а от Души как ипостаси отпадают частичные души, ниспадающие в людей, животных и растения. В целом структура бытия ограничена сверху сверх-сущим Единым и не-сущей материей. Для разграничения уровней бытия Плотин использует указательные слова «там» и «здесь»: под «тамошним» имеется в виду умопостигаемый космос и душа, «здешнее» – чувственный падший мир.

Понять материю в гипостазированном смысле возможно только применительно к низшей границе бытия, но чаще Плотин использует понятие материи в аристотелевском смысле (как оппозицию всякой вышележащей форме). В отличие от чувственного космоса, который находится в определенном месте, умопостигаемый мир, не будучи разделен пространственными барьерами – повсюду. Так же и душа, хотя и локализована в некотором теле, но, когда отрешится от него, станет поистине свободна в познании истины. Сфера истинного бытия всегда открыта для души, ей нужно только уметь вернуться к себе самой, познать свою истинную природу. Возможность такого возвращения обеспечена тем, что душа не целиком выступает из умопостигаемого космоса – всегда остается некая ее часть, которая «находится там» и созерцает чистое бытие, хотя для земного сознания это и остается незаметным (неосознаваемым). Бессмертная человеческая душа (по Плотину, бессмертны также души животных и растений) может достичь возвращения к своей изначальной природе путем очищения от тела и уподобления божеству. Цель истинного философа – «подражание божеству», он должен стремиться не к добродетели (это ведь особенность человеческого существования, у богов «добродетели» нет), а к умопостигаемому. Презрение к телу и восхищение умом отраженны в его текстах. Пребывание души в земном теле показывает, что данная бессмертная душа прежде совершила грех дерзости, – этим теоретическим постулатом объясняется тот любопытный факт личной биографии Плотина, что «он стыдился своего тела», и ни в коем случае не соглашался на то, чтобы его запечатлел художник.

 

1.10. Творчество Платона и его значение для психологии

 

Изучение психологических представлений Платона и его последователей имеет важное значение для современной науки по следующим основаниям.

Во-первых школа Платона впервые обратилась к исследованию реальности душевной жизни: человек в ряде диалогов Платона понимается именно как душа. Платон не просто постулировал различие души и тела но рассматривал душу как сложный и многоуровневый объект изучения.

Во-вторых философия Платона имела явно выраженный педагогико-воспитательный характер. Платон первым в истории европейской педагогики пытался создать методику воспитания - как в индивидуальном аспекте так и в аспекте социально-государственном. При этом в ряде диалогов базисом для него выступала метафизическая психология - выведение структуры и функций души из некоторых очевидных принципов (многие из которых современная психология раскритиковала бы конечно как умозрительные). Однако в других текстах (например в "Тимее") значительно большую роль играет эмпирическое наблюдение и обобщение опирающиеся на естественнонаучные концепции.

Психология педагогического процесса важна для Платона еще и потому что само познание он понимает как своего рода образовательный процесс. Это понимание "обеспечивается" у него концепцией знания как припоминания. В природе человека заложены некоторые парадигмы которые реализуются и в теоретической деятельности философа и в его практической жизни. Их постижение есть воспитание самого себя - и как мыслителя любителя мудрости и как гражданина.

Не следует забывать, что классическая античность не воспринимала теоретическую деятельность как независимую от практических установок. Добродетель и знание были связаны куда сильнее чем для современного сознания - по крайней мере на уровне идеологии. Добродетель была не только результатом но и условием знания: невозможно быть философом ведя недобродетельную жизнь. Следовательно философское образование подразумевало и систему воспитания. Отсюда становится ясна третья причина по которой психологическое наследие Платона привлекает внимание. Вопреки многим более поздним историко-философским реконструкциям он не опирался на готовую систему понятий и концептов: от своего учителя Сократа он получил скорее проблемное поле и импульс к исследованиям чем метафизическую схему. То что позже будет называться "вечной философией" (совокупность идей воспринятых средневековыми мыслителями в текстах Платона и Аристотеля) еще только формировалось. Но при составлении исчерпывающей (для своего времени и своих задач) картины деятельности человеческого сознания познавательных процессов Платон оказывался содержательно близок некоторым современным направлениям психологии. Мы имеем в виду прежде всего когнитивную психологию (традиции У. Найссера Д. Броудбента М. Познера и др.). Хотя Платон был необычайно далек от современной экспериментальной методики его как и ученых данного направления отличает неприятие новоевропейской гипотезы о трансцендентальном субъекте как основании научного знания. Согласно Платону познавательные процессы - несмотря на то что они обращены к априорной парадигме - имеют контекстуальный характер и не рассматриваются без учета условий в которых они происходят (тематика рассуждений умонастроение и практический интерес собеседников "склад" их души).

В известной степени "психология" Платона имеет общие черты с психологией деятельности (в том смысле как ее трактуют А. Выготский А. Н. Леонтьев В. Зинченко). Особенно это видно когда основатель Академии решает психофизическую проблему с необходимостью встающую при его жестком моральном и религиозном разделении души и тела. В таких диалогах как "Государство" "Тимей" "Политик" он фактически отказывается от дуализма души и тела снимая его через рассмотрение форм деятельности вызывающих определенный эмоциональный фон этические установки и формы мыслительной деятельности индивидуума.

Особенно интересным в этом смысле становится диалог "Тимей" в котором Платон фактически рассматривает проблемы физиологической базы психических процессов. Составляющие суть душевной жизни кругообращения "тождественного" и "иного" здесь ставятся в динамические отношения с телесной структурой человеческого существа предвосхищая многие из открытий более поздних эпох.

Неоднократно уже отмечалось что Платон заложил базу не только филологического или философского для исследования языка но и для психолингвистического. Диалог "Кратил" имеет очень важное значение как первый пример анализа фонетической структуры языка в аспекте ее связи с означивающими структурами психики. Здесь существуют серьезные основания к тому чтобы поговорить о соотношении некоторых идей платонической философии языка с концепциями Р. Якобсона Н. Хомского А. Лурии А. А. Леонтьева и др.

Известно сколь много материала предоставляют тексты Платона и его последователей для специалистов по истории религии. Мистико-религиозный заряд присутствующий в сочинениях платоников делает их свидетельства бесценными для исследователей трансперсональной психологии. Такие диалоги Платона как "Федон" "Федр" "Государство" "Политик" уже в древности считались свидетельствами об особенных психических состояниях. В настоящее время они только становятся предметами серьезного психологического исследования.

Помимо современных психологических коррелятов концепции Платона необходимо учитывать что долгое время - практически до Юма и Канта европейские концепции души выстраивались в рамках известной оппозиции теорий Платона и Аристотеля. При этом Платон воспринимался главным образом через диалог "Федон" из некоторых фрагментов которого можно сделать вывод что для основателя Академии душа - простая неделимая субстанция.

Между тем в остальных текстах Платона ситуация не столь однозначна. Например уже упоминавшийся диалог "Тимей" трактует душу как комплексный объект структура которого задается особой пограничной онтологической ситуацией в которой она пребывает.

 









Дата добавления: 2015-05-13; просмотров: 760; ЗАКАЗАТЬ НАПИСАНИЕ РАБОТЫ


Поиск по сайту:

При помощи поиска вы сможете найти нужную вам информацию, введите в поисковое поле ключевые слова и изучайте нужную вам информацию.

Поделитесь с друзьями:

Если вам понравился данный ресурс вы можете рассказать о нем друзьям. Сделать это можно через соц. кнопки выше.
helpiks.org - Хелпикс.Орг - 2014-2020 год. Материал сайта представляется для ознакомительного и учебного использования. | Поддержка
Генерация страницы за: 0.007 сек.