А. Половое влечение к лицам другого пола в извращенных проявлениях инстинкта.

а) Садизм (активная жестокость, соединенная с насилием и сладострастием). История дает нам многочисленные примеры жестокости, граничащей с терзанием жертвы и обусловливающей половое сладострастие.

Садизм обязан своим названием французскому маркизу де‑Сад, посвятившему описанию сладострастия и жестокости несколько непристойных романов. Садизм в более слабой форме имеет место как у мужчин, так и у женщин, когда в моменты высшего ощущения сладострастия, при совершении полового акта, мужчина или женщина, сжимая в своих объятиях другого, кусают его или царапают. У Ломброзо мы встречаем описание скотских эксцессов у солдат, возбужденных боем и жаждой убийства. В этом случае мы имеем дело с обратным садизмом, так как экзальтация борьбы обусловливает экзальтацию сладострастия, а не наоборот, как это обыкновенно бывает при садизме.

У мужчины очень часто присоединяется то обстоятельство, что, будучи активной стороною, он сохранил еще в себе отголоски инстинкта борьбы его предков за обладание самкой и насильственного овладения самой самкой. Поэтому полное подчинение себе предмета своей страсти доставляет ему особое ощущение сладострастия. Проявление садизма возможно при сочетании двух благоприятствующих факторов: с одной стороны, патологически усиленной ассоциации сладострастия с потребностью истязать свою жертву, а с другой — отсутствия противодействующего облагораживающего начала, при наличности животной, эгоистической бесчувственности.

Садизм, по Краффт‑Эбингу, является только врожденным, но соображения чисто житейского свойства, среди которых страх занимает первое место, действуют на первых порах умеряюще. И стоит лишь сложиться благоприятным обстоятельствам, чтобы он проявился во всех своих насильственных формах. При недостатке или полной потере нравственного чувства, когда садизм сопровождается высокой потенцией, сладострастие может превратить человека и в убийцу на почве того же полового извращения. Такие чудовища, как известный лондонский Джек‑Потрошитель, считаются далеко не единичным. Убийца ощущает величайшее сладострастие в те мгновения, когда он изрезывает или закалывает женщину, которую ему удалось куда‑нибудь завлечь. При этом некоторые еще до убийства или сейчас же вслед за ним совершают coitus со своей несчастной жертвой или же онанируют в их истерзанном трупе.

Другие же для возбуждения своего сладострастия вовсе не нуждаются в совершении полового акта, так как одно созерцание ужаса, страдания и крови жертвы вполне удовлетворяет их вожделение. Есть и такие садисты, которые рвут на куски и пожирают куски тела жертвы дикого своего сладострастия или же пьют ее кровь.

И здесь имеют место еще и общие виды полового извращения, в зависимости от которого некоторые садисты обращают все свое внимание на детей или же представителей своего же пола.

Садизм может быть направлен не только на живых людей. Есть садисты, S которые убивают животных и насыщают кровью убитых свое сладострастие. Другие секут и колют до крови проституток, при этом они систематически и медленно истязают свои несчастные жертвы. Наибольшее удовольствие доставляет им унижение женщин, и они для получения сладострастного ощущения могут удовлетвориться только одной видимостью покорности. Сладострастие у садиста повышается, если он при онанизме или совершении полового акта представляет себе кровавые картины, как плод его больной фантазии; есть такие садисты, которые ощущают половое удовлетворение благодаря тому, что пачкают грязью женщину и т. д.

б) Мазохизм (сочетание пассивно‑переносимой жестокости и страха со сладострастием). Краффт‑Эбинг увековечил это извращение названием по имени писателя Захер‑Мазоха, романы которого посвящены описанию этого извращения. Мазохизм — это полная противоположность садизму. Половое сладострастие у мазохиста достигает полной меры, когда не он других, а другие его унижают, оскорбляют, истязают, бьют хлыстом или палкой и вообще причиняют ему страдания.

Мазохизм может проявиться в полной мере или же частично. Мазохист в нормальном состоянии большей частью представляет собою существо, психически импотентное, и сладострастие его возбуждается и достигает полного развития, , сопровождаясь эрекцией и излиянием семени, только после перенесенных им истязаний и оскорблений. Здесь, как и при садизме, известные представления, хотя реально и не осуществленные, в состоянии заменить как фактические истязания, так и унижения, обусловливая все‑таки желаемый результат.

Мазохизм, подобно садизму, является прирожденным инстинктом. Уже в детстве будущий мазохист представляет себя перед воображаемой любимой женщиной непременно на коленях, причем она топчет его ногами, осыпает оскорблениями и всячески третирует. Мазохиста, конечно, не могут исправить телесные наказания, совпадающие с его извращенными вожделениями. «Исповедь» Руссо — это исповедь мазохиста. Поэтически‑романтические представления у мазохиста причудливо сочетаются с половыми ощущениями, причем его умственному взору представляется прекрасная женщина, являющаяся его повелительницей и властно распоряжающаяся им — покорно и рабски любящим, преданным и готовым на все. Нормальное совершение полового акта не интересует мазохиста, не возбуждая в нем никакого сладострастного ощущения, и, во всяком случае, нуждается в соответствующих мазохистских представлениях. Мазохисты заставляют иногда проституток сечь и топтать их ногами. В этом случае они носят название флагеллянтов. Некоторым мазохистам сладострастное ощущение свойственно при представлении, что женщина режет их или даже убивает. Вместо сношений с женами, они заставляют последних брить их, что связано для мазохиста с переживанием определенного цикла мазохистских идей. При наличности достаточного количества средств, мазохисты инсценируют сложные спектакли, в которых они являются перед лицом властных женщин, унижающих их в качестве подсудимых, связывающих их голыми и приговаривающих мазохиста к смерти. Воображение одной только такой картины достаточно для мазохиста, чтобы возбудить у него сладострастие.

Краффт‑Эбинг вполне основательно замечает, что странные фантазии известного французского поэта Бодлера, изображающего свой труп висящим на виселице на острове Цитере и расклевываемым птицами (см. Baudelaire «Fleurs du mal», «Un voyage a Cythere»), что фантазии эти базируются на сочетаниях садизма с мазохизмом, связанных поэтому с своего рода пассивно‑половой некрофилией (см. ниже) к самому себе. Он выбирал себе для совершения полового акта наиболее противных женщин каких угодно рас, как китаянок, негритянок, карлиц, великанш и рядом с ними наиболее манерных новых женщин, представляя собою вообще патологическую натуру. Случай Гаммонда, приведенный Краффт‑Эбингом, является в этом смысле наиболее типичным:

X., представляющий собою образцового мужа и отца нескольких детей, время от времени подвержен припадкам, побуждающим его отправляться в дом терпимости, где он выбирает двух‑трех крепко сложенных девиц и запирается с ними. Обнажив совершенно верхнюю часть тела, он ложится, закрывает глаза, скрещивает руки и заставляет проституток топтать каблуками его голую грудь, шею и лицо. Часа через два он чувствует себя вполне удовлетворенным, причем самочувствие его тем лучше, чем жесточе с ним обходились его истязательницы. Он одевается, потирает свои синяки и удаляется, чтобы через неделю‑другую явиться сюда снова для повторения этой дикой манипуляции.

Краффт‑Эбинг видит «замаскированный мазохизм» в тех случаях фетишизма, когда, в зависимости от фетиша, обусловливающего половое влечение, есть основание предполагать, что ощущается потребность в унижении перед женщиной. Таков фетишизм обуви и ноги. Сладострастие возбуждается у такого фетишиста, когда его топчут женские ноги и ботинки. Башмачок хорошенькой женщины вызывает у него сладострастие. Некоторые субъекты вколачивают себе в обувь гвозди таким образом, что они проходят через каблук насквозь и, причиняя боль, вызывают ощущение сладострастия. Возбуждение обусловливается у них вследствие одного только прикосновения к половому члену женских ботинок. На мазохиста могут действовать возбуждающе даже женские выделения, в чем признался мне лично человек вполне религиозный, который склонен был приписывать свою извращенность собственной греховности. Он, между прочим, женился, думая таким способом избавиться от своей навязчивой идеи, но оказался импотентным.

Женщине мазохизм свойственен не так, как мужчине, а главным образом в области их нормальных половых чувств, соответствуя их пассивной роли. Женщине нравится муж сильный, повелительный, решительный. Ясно выраженных форм мазохизма у женщины почти не встречается.

Религиозный экстаз факиров и флагеллянтов совпадает с мазохизмом по аналогии, так как и здесь представляется, что мученичество откроет врата рая, сделает угодным богу и проч., что и обусловливает восторженное состояние.

И в мазохизме может иметь место половое извращение, при котором влечение направлено на свой же пол. Я знал одного господина, который испытывал сладострастные ощущения лишь благодаря полученной порции побоев, причем, еще будучи мальчиком, он всячески старался подвернуться под наказание, доставлявшее ему удовольствие (как Руссо). Драки вызывали у него эрекцию с эякуляцией, причем он всю жизнь свою не знал ни других половых раздражений, ни половой любви.

в) Фетишизм (возбуждение сладострастия, благодаря созерцанию какой‑нибудь части тела женщины или предмета ее одежды, или же представлению о них). Это явление, роль которого мы рассматривали уже при мазохизме, отчасти свойственно и всякому нормальному половому инстинкту в той мере, в какой особенно возбуждающе на инстинкт многих людей действуют некоторые части женского тела, принадлежности одежды и пр. Патологического фетишизма не касаются поэтому те части тела, которые действуют нормально возбуждающе, как женские груди, половые части, точно также, как и представление о них.

Действительный фетишист представляет собою существо в высшей степени патологическое, причем все половое чувство его вращается в области ограниченного количества предметов, имеющих связь с женственностью. Сюда относятся чаще женские носовые платки, дамские ботинки, перчатки, бархат, из частей же женского тела — коса, руки, ноги и т.д. Но эти фетиши не являют собою того же, что и в нормальной любви, когда данная вещь по ассоциации идеи дает представление и о любимой женщине. Фетишиста совершенно не интересует та женщина, вещь которой он обожает. И ему достаточно одного созерцания фетиша, прижимания его к трепещущему сердцу или прикосновения к половым частям, чтобы получить эрекцию, сладострастное ощущение и излияние семени. Некоторых фетишистов возбуждают лишо недостатки женщин, как косоглазие, кривоножие и проч. Обрезыватели кос наиболее известны в этом смысле. Они мастурбируют отрезанными в толпе женскими косами и даже, вдохновляясь женскими волосами, сочиняют в честь их стихи. Фетишами могут быть и некоторые туалеты, но обувь стоит, как фетиш, на первом плане. Краффт‑Эбинг приводит типичный случай психического отражения инстинкта такого фетишиста обуви: он возмущался выставкой дамских ботинок в витрине магазина, находя это безнравственным. Такие выставки заставляют краснеть многих фетишистов, которые, между тем, совершенно равнодушны к женской наготе. В январе 1906 года в Берлине задержан был срезыватель кос, у которого нашли дома не меньше 31 косы, срезанной им в толпе. Еще будучи мальчиком, он срезал косу у своей родной сестры. Фетишизм свойственен преимущественно мужчинам, но может иметь место и у женщин. Я видел женщин, которые приходили в высший экстаз на почве фетишизма, присутствуя при акте деторождения или встречая беременных женщин.

г) Некрофилия. Некоторые индивидуумы оскверняются в половом смысле при помощи трупов, что обусловливает у них сладострастие. Между ними, правда, много идиотов и душевно‑больных. У большинства из них это выливается в форму фетишистского садизма.

д) Эксгибиционизм. Есть категория мужчин, удовлетворяющих свое половое влечение лишь при помощи мастурбирования в присутствии женщин. Они достигают этого тем, что прячутся где‑нибудь в немноголюдном месте или за кустом и при виде проходящей женщины стараются привлечь на себя ее внимание, показывают ей свои половые части и при этом онанируют. Цель считается достигнутой в смысле получения удовлетворения, когда они чувствуют на себе взгляд женщины. Опасаясь преследования, эти субъекты умеют очень ловко скрываться вслед за излиянием семени. Но все же они, в конце‑концов, попадают в руки полиции. И замечательно то, что ни общественное положение эксгибициониста, ни ожидающая его высокая кара не могут удержать его от такого опасного и бессмысленного удовлетворения полового влечения, при котором он даже не притрагивается к предмету своего вожделения.

Встречаются также и женщины‑эксгибиционистки в среде душевно‑больных. Из них я лично наблюдал двух типичных эксгибиционисток. Но я затрудняюсь сказать, свойственна ли и не душевно‑больным женщинам такая анормальность. При обнаружении такой наклонности, женщина могла бы, во всяком случае, подвергнуться опасности.

 








Дата добавления: 2015-01-09; просмотров: 1822; ЗАКАЗАТЬ НАПИСАНИЕ РАБОТЫ


Поиск по сайту:

При помощи поиска вы сможете найти нужную вам информацию, введите в поисковое поле ключевые слова и изучайте нужную вам информацию.

Поделитесь с друзьями:

Если вам понравился данный ресурс вы можете рассказать о нем друзьям. Сделать это можно через соц. кнопки выше.
helpiks.org - Хелпикс.Орг - 2014-2019 год. Материал сайта представляется для ознакомительного и учебного использования. | Поддержка
Генерация страницы за: 0.006 сек.