Терминологическое поле арт-терапии

 

Участники арт-терапевтического процесса:

участник, (редко — персона, лицо, субъект), пациент, клиент;

психолог, педагог, ведущий, руководитель, органи­затор, арт-терапевт, ко-терапевт, супервизор.

Название деятельности:

арт-терапевтическая работа, арт-терапевтичес­кая практика, интегративная арт-практика.

Период арт-терапевтической работы:

сессия, занятие, воркшоп (work shop), мастерс­кая.

Место арт-терапевтической работы:

арт-терапевтический кабинет, арт-терапевтичес-кое пространство, класс, зал, помещение.

Формы арт-терапевтической работы:

индивидуальные и групповые (индивидуальная и групповая арт-терапия); арт-формы, мультиме­дийные формы, интегративные формы и др.

Разновидности арт-терапевтических групп:

тематически-ориентированная; студийная;

открытая; закрытая; структурированная; не­структурированная и ряд других.

Технология арт-терапевтической работы:

арт-терапевтические техники (арт-техники), методики, методы, приемы, упражнения; техники изобразительной экспрессии, техники направлен­ной визуализации, арт-терапевтические игры и др.

Арт-терапевтический процесс:

групповой процесс; арт-терапевтическая диагно­стика; арт-терапевтическая коррекция; спонтан­ная изобразительная деятельность; спонтанное самовыражение; вербальная и невербальная коммуникация; общение на символическом уровне; символический язык; перенос; контрпе­ренос; визуализация; визуальное искусство; те­рапевтический рисунок; изобразительное твор­чество; арт-терапевтическая продукция; изобразительная продукция, изобразительный продукт, продукты творчества, арт-терапевти­ческая среда, арт-терапевтическая атмосфера, пространство. Результаты арт-терапии. Арт-терапевтические шкалы формальных элементов. Групповая динамика. Терминация (завершение цикла арт-терапевтических сессий). Арт-тера­певтическая поддержка. Арт-терапевтическое сопровождение.

Итак, с помощью перечисленных терминов могут быть описаны различные стороны арт-терапевтической теории и практики.

Это важно, поскольку сходные, на первый взгляд, сло­восочетания могут иметь совершенно разные смыслы. К примеру: процесс изобразительного творчества и арт-терапевтический процесс, занятия изобразительным ис­кусством, художественным творчеством и арт-терапев­тические занятия (сессии) не являются синонимичными конструкциями.

Нетрудно заметить, что поиск адекватных педагоги­ческой модели терминов вызван неприятием составля­ющих терапия и терапевт, которые традиционно счита­ются принадлежностью медицины. Однако, исходя из релятивности понятия «therapeia» (от греч. — забота, уход, лечение), вполне оправдано его введение в поня­тийный аппарат психологии и педагогики. Приоритет­ным значением становится забота о человеке. Лечение понимается как «социально-психологическое врачевание», изменение стереотипов поведения и повышение адаптационных способностей личности средствами ху­дожественной деятельности. Впрочем, и сам термин «ле­чение» имеет еще один смысловой оттенок — избавле­ние от чего-либо, что вполне соответствует коррекционным и реабилитационным функциям арт-терапии.

Следовательно, точность научного языка, определен­ность терминологического поля — необходимый атрибут такой сложно организованной интердисциплинарной области знания, как арт-терапия.

В заключение : несмотря на имеющиеся различия, все направления арт-терапии рассматривают изобразительное искусство как средство для интеграции и реинтеграции личности (К. Рудестам и др.).

Так, субъектом аналитической или медицинской мо­делей арт-терапии является пациент, а основные цели — диагностика, психоанализ и лечение. Эта особая форма психотерапии применяется также и как оздоровитель­ный, коррекционный, профилактический метод, направ­ленный на укрепление психического здоровья. Детские психотерапевты рассматривают арт-терапию в качестве средства эмоционального воспитания и образования.

В данном контексте интересна позиция Ф. Ницше. Для него здоровье означало не свободу от болезни, а спо­собность человека с ней справляться. Именно эта спо­собность актуализируется в процессе изобразительного творчества.

Педагогическое направление арт-терапии (не арт-педагогика!) имеет неклиническую направленность, рас­считано на потенциально здоровую личность.

На первый план выходят задачи развития, воспита­ния, социализации.

Словосочетание «арт-терапия» в научно-педагоги­ческой интерпретации понимается как забота об эмоци­ональном самочувствии и психологическом здоровье личности, группы, коллектива средствами художествен­ной деятельности.

Говоря официальным научным языком, арт-терапия в образовании — это системная инновация, которая ха­рактеризуется: 1) комплексом теоретических и прак­тических идей, новых технологий; 2) многообразием связей с социальными, психологическими и педагоги­ческими явлениями; 3) относительной самостоятель­ностью (обособленностью) от других составляющих педагогической действительности (процессов обуче­ния, управления и др.); 4) способностью к интеграции, трансформации.

 

2. История развития и становления арт-терапии.

Как самостоятельное направление в лечебно-реабилитационной, пе­дагогической и социальной работе арт-терапия насчитывает всего не­сколько десятилетий своей истории. В качестве эмпирического метода арт-терапия начала формироваться с середины XX века, когда получил широкую известность и распространение опыт работы некоторых худож­ников и арт-педагогов (например, А. Хилла в Великобритании), пытав­шихся вовлечь пациентов различных лечебных учреждений в занятия изобразительным искусством. Примерно в то же время ряд психотера­певтов с психоаналитической подготовкой начали применять принципи­ально новые формы интеракций, осуществлявшихся через работу с изо­бразительной продукцией клиентов (например, М. Наумбурх в США). В.тот период пионеры арт-терапевтического направления подчас сочета­ли в себе разные профессиональные роли, являя пример странного гиб­рида художника и психотерапевта. Их статус и функции в лечебных и об­разовательных учреждениях были недостаточно ясны не только окружа­ющим, но и им самим.

1960-1980-е гг. оказались решающими в становлении арт-терапевти­ческого направления. Именно тогда были созданы первые профессио­нальные объединения, способствовавшие внедрению и более четкому определению роли арт-терапевтических методов в разных областях практической работы. Начали действовать первые центры арт-терапев­тического образования, в некоторых странах произошла государствен­ная регистрация арт-терапии как самостоятельной специальности.



Большие изменения в деятельности арт-терапевтов произошли в по­следние 10-15лет. Окончание «холодной войны», утверждение принци­пов ин4)ормационной открытости и европейская интеграция стимулиро­вали процессы профессионального обмена и распространения наиболее передовых и эф4)ективных форм арт-терапевтической работы. Кроме того, впервые был поставлен вопрос о разработке и введении единых стандартов профессиональной арт-терапевтической подготовки и прак­тики. В лидеры арт-терапевтического образования и работы вышли госу­дарства, накопившие богатын опыт в этой области. Это страны, где дей­ствуют отработанные механизмы государственного регулирования арт-терапевтической деятельности при сохранении высокой степени про­фессиональной свободы и самостоятельности, где имеется развитая тео­ретическая база арт-терапии и реализованы системные принципы арт-терапевтического образования, ориентирующегося на «опережение» со­циально-экономических и культурных процессов.

В 1980-1990-х гг. во многих странах мира произошло заметное изме­нение культурного климата, вызванное активизацией интегративных процессов, притоком иммигрантов, перемещением значительных групп беженцев, трансформацией гендерных ролей и другими факторами. В сложившихся условиях арт-терапевты столкнулись с новыми пробле­мами, связанными с существованием человека в культурно разнородной среде, в непосредственном контакте с представителями разных этниче­ских и расовых сообществ. Испытывая на себе влияние различных куль­тур, арт-терапевты ассимилируют их опыт и художественные языкии,естественно, стоят перед необходимостью равного уважения установок, ценностей и верований их представителей.

Экономические условия и изменения в социальной политике явились важными факторами, заметно повлиявшими на эволюцию арт-терапев­тических методов в последние годы. В некоторых развитых странах сис­темы здравоохранения были децентрализованы. Произошло сокращение расходов на федеральные медицинские программы с одновременным раз­витием сектора негосударственных медицинских услуг. Это особенно сильно сказалось на деятельности арт-терапевтов там, где они традици­онно ориентировались на государственную систему здравоохранения с ее принципом доступности медицинских услуг для всех категорий населе­ния. В секторе государственного здравоохранения сократилось количе­ство рабочих мест для арт-терапевтов, но этот процесс сопровождался повышением числа частнопрактикующих специалистов и тех, кто рабо­тает в негосударственных учреждениях. Изменение форм медицинского обслуживания населения было связано и с новой социальной политикой. Так, рынок медицинских услуг в большей степени ориентируется на представителей среднего класса, относительно молодых, трудоспособ­ных и социально динамичных клиентов. В то же время уделяется все больше внимания медицинскому обслуживанию, психотерапевтической и социальной помощи пожилым и престарелым гражданам, детям и под­росткам, представителям культурных меньшинств — наименее социаль­но защищенным группам населения. Повышается роль психотерапев­тической (в частности, арт-терапевтической) работы с семьями и женщинами. При этом предпочтение нередко отдается краткосрочным групповым формам психо- и арт-терапии.

Важные изменения в деятельности арт-терапевтов выражаются в оформившейся за последние годы ориентации на внегоспитальную сфе­ру: все больше специалистов работает при социальных муниципальных центрах (так называемых «центрах дневного пребывания» и «дневных стационарах»), приближенных к населению, что заставляет учитывать потребности разных социальных групп, проводить работу с амбулатор­ными психиатрическими пациентами, подростками, бездомными, безра­ботными, лицами с алкогольной и наркотической зависимостью и т. д. Одной из важных областей использования арт-терапевтического метода в последнее время становится работа с правонарушителями, предприни­маются попытки осуществлять ее непосредственно в местах лишения свободы, в условиях надзора и реабилитации. Все это предполагает боль­шую мобильность арт-терапевтов, умение организовать работу и диффе­ренцировать используемые приемы в зависимости от поставленных це­лей и особенностей контингента клиентов.

Среди многочисленных изменений в деятельности арт-терапевтов за последние годы следует также отметить повышение их роли в социаль­ной и образовательной сферах. Речь идет, главным образом, о работе в специализированных школах и с детьми, посещающими общеобразова­тельные школы, но имеющими определенные эмоциональные и поведен­ческие нарушения, отражающиеся на их успеваемости. Иногда арт-терапевтам приходится совмещать свою работу с работой педагога: даже в развитых странах статус арт-терапевта пока ниже статуса его коллег, занятых в здравоохранении, а его профессиональная роль и нормы опла­ты труда четко не определены. Нередко арт-терапевты трудоустраивают­ся в качестве арт-педагогов, социальных работников или инструкторов по групповой работе. Такое положение вещей вряд ли можно признать нормальным, и,в настоящее время профессиональные арт-терапевтические организации добиваются такого же признания их деятельности в об­разовательной и социальной сферах, как и в сфере здравоохранения.

Параллельно с вышеупомянутыми изменениями в содержании и ха­рактере деятельности арт-терапевтов произошло «созревание» арт-терапевтических методов, развитие теории и форм практической работы. Арт-терапевтическое направление в течение некоторого времени форми­ровалось, главным образом, как сугубо эмпирическое, и его теоретиче­ская база первоначально была весьма слаба. Немаловажную роль сыгра­ло в этом то, что многие пионеры арт-терапии были художниками или арт-педагогами. Они не были склонны заниматься теоретическим обо­снованием своей работы, полагая, что основной лечебно-коррекционный эффект от использования художественного творчества достигается за счет «отвлечения» человека от негативных переживаний и проблем, либо некоего «катарсиса», природу которого они исследовать не стре­мились.

Первые элементы арт-терапевтической теории стали появляться в 1940-1960-е гг. благодаря использованию достижений психодинамиче­ского подхода и попыткам осмысления некоторых его понятий (таких, например, как бессознательное, перенос и контрперенос, символический образ, проекции и некоторые другие) в контексте арт-терапевтической работы. Дальнейшее развитие теоретической базы арт-терапии в 60-90-е гг. происходило путем синтеза многих положений классического психоанализа, аналитической психологии К. Юнга, теории объектных отношений, представлений гуманистической психологии и психотера­пии, клинического подхода, психосемантики, психологической теории игр, общей теории систем, динамической психиатрии, социологии, групп-анализа, трансперсонального подхода, искусствоведения и куль­турологии. В настоящее время можно говорить о том, что арт-терапия обладает достаточно солидной теоретической базой, которую при неко­торой ее эклектичности отличает мультидисциплинарный характер и тенденция к интеграции разнородных теоретических влияний.

Растущая зрелость и профессионализация арт-терапии ведут к тому, что этот метод превращается в одну из 4-х форм современной психотерапии, сочетающей в себе терапевтические факторы невербальной экспрессии с вербальным взаимодействием специалиста и клиента. Свидетельство тому — все более широкое использование термина «арт-психотерапия» (прежде всего применительно к тем формам арт-терапии, которые име­ют реконструктивную, этиопатогенетическую направленность), подчер­кивающего качественно новый уровень развития арт-терапии в целом.

Таким образом, можно утверждать, что арт-терапия является актив­но эволюционирующим и изменяющимся направлением в лечебной, со­циальной и педагогической работе.

 

3. Особенности арт-терапии как метода психологической помощи.

 

И ребенок, и взрослый в арт-терапевтическом процес­се приобретает ценный опыт позитивных изменений. Постепенно происходит углубленное самопознание, са­мопринятие, гармонизация развития, личностный рост. Это потенциальный путь к самоопределению, самореа­лизации, самоактуализации личности.

Помочь людям стать личностями — это значительно более важно, чем помочь им стать математиками или знатоками французского языка... (К. Роджерс).

Если каждый участник ощущает глубокий интерес педагога к себе и своим работам, возникает поистине ценный контакт как основа продуктивного взаимодей­ствия.

Вместе с тем, в работе с сознанием и подсознанием лич­ности необходимо соблюдать особую осторожность, быть по-настоящему честным и чувствительным (Ф. С. Сомер, С. Хоган).

Взаимодействие с другими людьми, оказание им психологической помощи и поддержки требуют от специалиста понимания самого себя, своего внутрен­него мира, собственных мотивов, потребностей, про­тиворечий, осознания зоны эмоциональных проблем и позитивных сторон своей личности. «Если я не слы­шу, что происходит во мне..., тогда и приходит неуда­ча» (К. Роджерс).

Пережив на опыте трудности изменения своей лич­ности, человек становится терпимее и мудрее в отноше­нии к другим (Т. А. Флоренская).

Важно, чтобы каждый относился к себе как к субъек­ту собственных изменений, понимал и принимал ответ­ственность за развитие и личностный рост. Арт-терапевт (психолог, педагог) разделяет эту ответственность в ас­пекте педагогической поддержки, создания необходимых условий для самовыражения и самопознания. Самую большую помощь, как тонко подметила Н. Роджерс, мы оказываем человеку тогда, когда искренне «вслушива­емся» и проявляем уважение к его способности найти свой собственный ответ.

Обратимся далее к различным определениям катего­рии «арт-терапия».

Во-первых, это динамическая система взаимодействия между участником (ребенком, взрослым), продуктом его изобразительной творческой деятельности и арт-терапевтом (психологом, педагогом) в «фасилитирующем» арт-терапевтическом пространстве.

Во-вторых, арт-терапия может рассматриваться в ка­честве терапевтической процедуры на основе изобрази­тельного творчества.

В-третьих, это здравоохранительная инновационная технология.

Характерно, что процедурная сторона, определенная алгоритмичность действий, присущая технологиям, вы­ражена в структурированных арт-терапевтических заня­тиях (сессиях). Это позволяет воспроизводить и транс­лировать приемы, методы, процедуры, а также получать предсказуемые результаты.

Вместе с тем технология арт-терапии отличается творческой вариативностью. Ведь символический язык рисунка точнее, нежели слова, передает содер­жание внутреннего мира личности, естественен и при­влекателен, понятен в любом возрасте людям разных культур.

Использование учителем терапевтического рисова­ния во внеклассной работе позволяет расширить диапа­зон гуманистически ориентированных способов дости­жения педагогических целей.

По образному выражению В. П. Беспалько, «с искус­ства все начинается, технологией заканчивается, чтобы затем все началось сначала».

Изобразим модель арт-терапевтического взаимодей­ствия графически (рис. 1).

 

 

Рис. I. Особенности арт-терапевтического взаимодействия

 

Из предложенной схемы следует, что основные субъекты арт-терапевтического процесса: участник (ре­бенок, подросток, взрослый) и арт-терапевт (педагог, психолог) взаимодействуют между собой вербально на символическом, ассоциативном уровне, а также посред­ством невербальной, визуальной коммуникации через продукты творчества.

Результатом контакта участника арт-терапии с изоб­разительными средствами и материалами в процессе спонтанной творческой деятельности являются различ­ные способы самовыражения, проявления бессознатель­ного, символические образы, отраженные в изобразительном продукте. Это не только рисунки, живопись, но и композиции из различных природных и поделочных материалов.

Хотя по внешнему виду работа простым каранда­шом над рисунком не похожа на лепку из пластили­на, изготовление декоративных предметов, апплика­цию, макетирование (конструирование), все это — изобразительная деятельность, и психологические за­кономерности ее развития едины. (Л. С. Выготский, Ю. А. Полуянов). Важно, что названные способы изображения есть самый первый, самый доступный и привлекательный особенно для ребенка вид твор­ческой деятельности, при котором используются эле­ментарные художественные средства и не требуется предыдущего опыта в рисовании.

«Когда мы используем различные виды искусства для самооздоровления или в терапевтических целях, то не беспокоимся относительно красоты произведений, грам­матической или стилистической правильности текста или гармоничности звучания песни. Мы используем ис­кусство в целях высвобождения, выражения, облегчения. Мы можем также получить интуитивное откровение, инсайт, если обратимся к символическим или метафо­рическим смыслам, содержащимся в собственных про­изведениях...» (К. Роджерс).

В процессе работы создается так называемое арт-терапевтическое пространство. Как видно из схемы, его составляющие — сам арт-терапевт, участник и им создан­ный художественный образ.

В некоторых зарубежных публикациях встречается предупреждение об опасности переноса на арт-терапевта ярких эмоциональных реакций негативного характе­ра. Поэтому важно осознавать меру допустимости дест­руктивных тенденций ребенка (взрослого) и заранее установить необходимые ограничения, которые целесо­образно оговорить в условиях контракта. Названные до­говоренности и ограничения в значительной мере спо­собствуют адекватному распределению ролей в арт-терапевтическом процессе, а в итоге — достижению эффективных результатов.

Как известно, любые психотерапевтические отноше­ния сопровождаются феноменами переноса и контрпе­реноса. Их сочетание уникально, как и сами взаимодей­ствующие личности.

Основные представления об этих процессах были раз­работаны еще 3. Фрейдом и К. Юнгом. В частности, с позиций классического психоанализа, перенос — это бес­сознательные тенденции и фантазии, которые возника­ют в психике пациента в процессе анализа в виде серии ситуаций, отражающих детский опыт общения с наибо­лее близкими ему людьми, но относящихся уже не к про­шлому, а к личности аналитика в настоящем.

Термин «контрперенос» употребляется для описания почти всех эмоциональных реакций специалиста на лич­ность участника взаимодействия. Следует учитывать, что подобные реакции могут быть как помехой, так и источником лучшего понимания другого человека.

Арт-терапевтическая практика — особая область про­явления переноса и контрпереноса. С одной стороны, эти понятия обозначают те осознаваемые и неосознаваемые реакции на личность специалиста, которые возникают в психике участника группы. С другой стороны, — реак­ции на личность клиента, возникающие в психике спе­циалиста.

Отношения между ними рассматриваются как диа­лог двух личностей, в котором прослеживается все мно­гообразие их человеческих качеств, включая сознатель­ное и бессознательное. При этом арт-терапевт активный посредник во взаимодействии клиента с изобразитель­ными материалами и продуктами собственного творче­ства.

Сказанное и определяет специфические особеннос­ти рассматриваемых процессов в арт-терапии, а именно:

• перенос проявляется не только в эмоциональных реакциях, особенностях поведения и высказыва­ниях клиента, но и в создаваемых им образах;

• контрперенос может быть вызван как вербальным взаимодействием с участником, так и результата­ми его творческой деятельности.

Названные механизмы взаимодействия отражены в виде схемы на рис. 2.

 

Рис. 2. Механизмы арт-терапевтического взаимодействия

 

Итак, в процессе арт-терапии перенос и контрпере­нос наблюдаются по трем основным каналам коммуни­кации: клиент — изобразительные средства и продукты его художественного творчества; клиент — арт-терапевт; арт-терапевт — продукты (образы) художественного творчества клиента.

Характерно, что рассматриваемые феномены не яв­ляются специфичными только для арт-терапии. Их мож­но увидеть и в педагогическом взаимодействии, и в по­вседневной жизни.

В настоящее время специалисты придают большое значение исследованию переноса и контрпереноса в обу­чении. Это связано с тем, что учитель и ученики вступа­ют в достаточно интенсивные эмоциональные взаимо­отношения, в которые привносят собственный жизненный опыт, осознаваемые и неосознаваемые чув­ства, ожидания.

В повседневной жизни перенос возникает самопроиз­вольно как явление, главным образом, бессознательное. Он может переживаться в виде эмоций, побуждений, фан­тазий, отношений, идей или же защит против них, кото­рые, как правило, неуместны в настоящем, хотя в прошлом представлялись вполне адекватными реакциями.

В зависимости от характера чувств человека (например, нежно-дружеские или злобно-ревнивые) перенос принято рассматривать в терминах: позитивный — негативный.

Проекция — еще один феномен арт-терапевтических отношений, который необходимо видеть и понимать бу­дущим специалистам.

3. Фрейд рассматривал названное понятие как нео­сознанный перенос на других лиц или внешние предме­ты тех переживаний и свойств, носителем которых яв­ляется сам субъект, по какой-либо причине неспособный принять в себе эти переживания и свойства.

В результате проекции при работе с изобразительным материалом субъективный опыт человека становится доступным для восприятия и осознания.

Понятием «интроекция» обычно описывают процес­сы идентификации специалиста с переживаниями кли­ента, основанные на эмпатии, антипатии, симпатии и других аффективных проявлениях, возникающих во вза­имодействии.

Иными словами, специалист привносит в арт-терапевтический процесс индивидуальные черты, обуслов­ленные теоретической подготовкой, опытом, а также личностными особенностями. Его индивидуальность во многом определяет конечные результаты работы.

Общие стандарты взаимоотношений всегда прелом­лялись сквозь призму субъективных качеств. Так, вели­кий педагог К. Д. Ушинский неоднократно подчеркивал, что все должно основываться на личности воспитателя, поскольку воспитательная сила изливается только из живого источника человеческой личности. «Воспитатель есть художник; школа — мастерская, где из куска мра­мора возникает подобие божества».

Стало быть, имеется широкий спектр показаний для проведения арт-терапевтической работы в системе об­разования, причем не только с детьми, но и в педагоги­ческом коллективе.

Среди них:

• негативная «Я-конпепция», дисгармоничная, иска­женная самооценка, низкая степень самопринятия;

• трудности эмоционального развития, импульсив­ность, повышенная тревожность, страхи, агрессив­ность;

• переживания эмоционального отвержения, чувство одиночества, стрессовые состояния, депрессия;

• неадекватное поведение, нарушения отношений с близкими людьми, конфликты в межличностных отношениях, неудовлетворенность в семейной си­туации, ревность, враждебность к окружающим. Арт-терапевтнческие занятия эффективны при нарушен­ной адаптации, с целью психологической помощи младшим школьникам, испытывающим трудности в обучении.

Арт-терапия позволяет получить доступ к пережива­ниям аутичных детей и корректно помочь им. Такие дети погружены в себя. Любое вмешательство в их мир мо­жет вызвать сильную тревогу, а зачастую и агрессивные реакции. Исключением является коммуникация на сим­волическом уровне посредством визуальных образов.

Доказаны преимущества арт-терапевтической рабо­ты с детьми и взрослыми, подвергавшимися насилию или имеющими какой-либо другой травматический опыт. В частности, британскими арт-терапевтами глубоко иссле­дована проблема сексуального насилия, определены не­которые универсальные символы в качестве «графичес­ких индикаторов» травмирующих ситуаций. Изучается даже возможность использования рисуночных «показа­ний» в следственной практике.

По утверждению Д. Джонсона, из-за диссоциации травмирующих воспоминаний у пострадавшего нару­шается способность к словесному выражению чувств, в силу мощной психологической защиты и особеннос­тей нервных процессов, связанных с впечатлениями от драматических событий. При этом, отмечает автор, об­разы запечатлеваются как «вспышки», передающие, словно фтография, все мельчайшие подробности. Именно потому они могут быть воспроизведены лишь посредством визуального канала коммуникации, т. е. изобразительные средства предоставляют уникальную возможность для отражения, осознания и переработки травматических воспоминаний. А в процессе ри­сования удается наблюдать драматические события как бы со стороны, отвлеченно. Для этого используются тех­ники графического моделирования ситуаций, рассказы в картинках, ретроспективный обзор работ, сочинение историй и другие.

С точки зрения К. Тисдейл, задача арт-терапевтической работы — побудить участников группы учиться по­средством того опыта, который ранее не был ими осоз­нан, «вскрывать» логику и доводы тех или иных ранее неосознаваемых поступков. Чем более понятным чело­век станет для себя самого, чем лучше постигнет эффек­ты воздействия собственной личности на окружающих, тем более он будет способен к осмыслению возможных отклонений в своем поведении.

Иными словами, в спонтанном рисунке бессозна­тельное, скрываемое внутренней цензурой, не только проявляется, но и осознается. Узнавая что-то новое о себе, субъект развивается интеллектуально и эмоцио­нально.

Побочный продукт арт-терапии, по словам К. Рудестама, — чувство удовлетворения, которое возникает в результате выявления скрытых талантов и их развития. Искусство приносит радость.

Среди позитивных феноменов, зафиксированных как зарубежными, так и отечественными специалистами, назову научно аргументированные и наиболее значимые.

Арт-терапия:

• Создает положительный эмоциональный настрой в группе.

• Облегчает процесс коммуникации со сверстника­ми, учителем, другими взрослыми. Совместное участие в художественной деятельности способ­ствует созданию отношений взаимного принятия, эмпатии.

• Укрепляет культурную идентичность ребенка, способствует преодолению языкового барьера, особенно в многонациональных школах.

• Позволяет обратиться к тем реальным проблемам или фантазиям, которые по каким-либо причинам затруднительно обсуждать вербально.

• Дает возможность на символическом уровне эк­спериментировать с самыми разными чувства­ми, исследовать и выражать их в социально при­емлемой форме. Работа над рисунками, картинами, скульптурами — безопасный способ разрядки разрушительных и саморазрушитель­ных тенденций (К. Рудестам). Позволяет про­работать мысли и эмоции, которые человек при­вык подавлять.

• Развивает чувство внутреннего контроля. Арт-терапевтические занятия создают условия для экс­периментирования с кинестетическими и зритель­ными ощущениями, стимулируют развитие сенсомоторных умений и в целом правого полушария головного мозга, отвечающего за интуицию и ориентацию в пространстве.

• Способствует творческому самовыражению, раз­витию воображения, эстетического опыта, практи­ческих навыков изобразительной деятельности, художественных способностей в целом.

• Повышает адаптационные способности человека к повседневной жизни и школе. Снижает утомле­ние, негативные эмоциональные состояния и их проявления, связанные с обучением.

• Эффективна в коррекции различных отклонений и нарушений личностного развития. Опирается на здоровый потенциал личности, внутренние механизмы саморегуляции и исцеления.

• Позволяет выстраивать отношения с ребенком на основе любви и взаимной привязанности и тем самым компенсировать их возможное отсутствие в родительском доме.

«Дефицит любви» приводит к тяжким последствиям в душевном развитии ребенка (Т. А. Флоренская). При этом дети воспринимают мир отношений в узком диапа­зоне минорных настроений: грусти, обиды, враждебнос­ти и страха. Они искаженно видят и реальные отноше­ния между людьми.

Если ребенку недостает любви, возникают так назы­ваемые «психические отклонения», трудности характера, дефекты личности вплоть до душевных заболеваний.

По свидетельству Д. Джеффрис, в основе наиболее жестоких случаев насилия взрослых лежат болезненные, травмирующие переживания, связанные с бесчисленны­ми унижениями и неприятием человека в детстве. Де­фицит внимания приводит к ухудшению успеваемости, нередко к агрессивному и асоциальному поведению ре­бенка как способу компенсации недостатка признания и любви со стороны взрослых.

Безусловно, арт-терапия не представляет чудодей­ственную силу, способную полностью разрушить пове­денческие и ментальные паттерны. Вместе с тем в арт-терапевтическом процессе субъект приобретает опыт позитивных индивидуально-личностных изменений.

«Исцеляющими» факторами являются групповая сплоченность и поддержка, реализация альтруистичес­кой потребности, освоение новых ролей и проявление латентных качеств личности, получение обратной связи в условиях особой, демократичной атмосферы, обуслов­ленной равенством прав и ответственности (теория И.Ялома).

И главное — сам процесс спонтанного творчества. К сожалению, в сознании многих взрослых нередко су­ществует миф о полном отсутствии у них способнос­тей к изобразительной и другим видам творческой де­ятельности. «...Вы не одиноки..., если, подобно многим людям в нашем обществе, говорите про себя: Я нетвор­ческий человек», — уверяет Н. Роджерс.

С удовольствием присоединяюсь к ее призыву: «Опробуйте новый для себя опыт. Вы удивитесь са­мому себе. Я верю, что все мы способны быть подлинно творческими».

 

<== предыдущая лекция | следующая лекция ==>
Медитативное рисование | Тема 2.Диагностика в арт-терапии.


Дата добавления: 2018-03-01; просмотров: 76; ЗАКАЗАТЬ НАПИСАНИЕ РАБОТЫ


Поиск по сайту:

При помощи поиска вы сможете найти нужную вам информацию, введите в поисковое поле ключевые слова и изучайте нужную вам информацию.

Поделитесь с друзьями:

Если вам понравился данный ресурс вы можете рассказать о нем друзьям. Сделать это можно через соц. кнопки выше.
helpiks.org - Хелпикс.Орг - 2014-2018 год. Материал сайта представляется для ознакомительного и учебного использования. | Поддержка
Генерация страницы за: 0.023 сек.